Дурман читать онлайн

И Таня не спорила. Плакала в подушку. Но при этом и обойтись без Виталия она не могла. Была не в состоянии оставить дверь перед ним закрытой, когда он вновь приезжал.

И не из-за его угроз.

Она без него умирала. Раньше не понимала, как это, без кого-то «свет белый не мил», а сейчас — в полной мере прочувствовала. На своей «шкуре». И сколько бы не напоминала себе, кто он и чем занимается, не помогало. Тоска ее съедала живьем, изгладывала ночами, если Виталя не приезжал. А еще и страх, тревога изводили, стоило ей представить: где он может быть и чем заниматься.

Но и плюнуть на все, закрыть глаза и жить, как живется — не могла. Сама понимала, что себя изводит и ему нервы тянет. И его обвинения в «двойных стандартах» не отрицала. Вообще, ни с одним обвинением не спорила, не могла. Видела, что и ему так же плохо и тяжело из-за ее «тараканов», как бы Виталий не бравировал своим непробиваемым наплевательским отношением ко всему вокруг.

И от этого — еще больней. Еще сложнее.

Таня искала решение, и не видела. И все чаще в такие ночи, когда одна была, его сигареты из комода вытаскивала. И уже не задыхалась, даже. Хоть и кашляла. Пусть глаза все еще слезились. Зато, с горем пополам, затягиваться получалось. С зажигалкой только сложно справиться было, никак не выходило у нее с первого раза прикурить, огонек не вспыхивал. Проще было спичками. А у Витали всегда так легко получалось…

Он заметил.

Виталий не осуждал. Не передергивал. Молча предлагал сигареты ей, когда сам прикуривал. С зажигалкой так ловко справлялся…

Она чаще отказывалась. На самом деле, ее тянуло курить только тогда, когда его рядом не было. Одну потребность пыталась заменить другой. Тоску по нему, дымом заглушить старалась.

А про семечки и не вспоминала уже, отчего-то.

А он теперь постоянно «забывал» у нее сигареты. Возможно, прекрасно понимал, что сама покупать — Таня стеснялась. И от этого она еще больший стыд испытывала. Пагубная привычка, которую в себе признавать не хотела. Как ее любовь к человеку, которого, спроси кто ранее, громко заявила бы, что ни за что не стала бы любить…

«Сердцу не прикажешь…»"

"И не только сердцу, как оказалось.