– Второй взвод, что за бардак? Строиться разучились? Я найду для вас время, во дворе для всех места хватит! Командирам взводов пересчитать личный состав. Где Ершов? – спросил у Истомина ротный.
– Подмывается, – съязвил Олег, чем вызвал смех всей роты. – В смысле умывается, – тут же поправился контрактник, заметив неодобрительный взгляд капитана.
– Отставить смех, – с серьезным лицом скомандовал ротный, внимательно оглядывая строй.
Посмотреть, конечно, было на что. Солдаты выглядели как сборище бомжей, которых задержал патруль милиции на вокзале.
Из-под бушлатов торчали свитера, рубашки, тельняшки, футболки и прочие элементы неуставной формы одежды. Почти весь строй был в чёрных вязаных шапочках, сдвинутых на макушку, как и положено по последней моде. Бушлаты грязные, рваные и прожжённые в разных и просто немыслимых местах. Брюки на коленях обвисли, красуясь огромными неумело пришитыми наспех заплатами. Бронежилеты пустые, и это было видно невооружённым взглядом. Спросить, где находятся керамические пластины брони, у ротного не повернулся язык.
После проверки личного оружия выяснилось, что автоматы многих молодых бойцов взводятся только с ноги, потому как рукой затвор передёрнуть невозможно. В первую очередь попало сержантам, затем командирам взводов, отчего настроение в строю резко ухудшилось. Наличие пеналов с инструментом для чистки автоматов было опять-таки только у сержантов. У снайпера Сигнатуллина пропали все магазины для его винтовки. Боец таскал боеприпас россыпью в карманах своего бушлата и заряжал СВД одним патроном.
У многих отсутствовал брючный ремень, и брюки умудрялись подвязывать проволокой или бинтами. У тех, кто носил сапоги, вот-вот отлетит подошва, и бойцы виновато опускали голову, уклоняясь от взгляда командира. За внешний вид роты претензии предъявлялись Калядину и взводным, но в данный момент прапорщик отсутствовал, имея чутьё на подобные мероприятия. Ротный, зная, что в конечном счете за это отвечать придётся ему, стал быстро перестраивать шеренги.
Наконец появился гвоздь программы.
Первыми в окно вошли двое разведчиков, за ними замполит полка. Объёмный и представительный мужчина сорока с лишним лет, с густой кисточкой русых усов под крупным носом. Взгляд сосредоточен и проницателен, подобно сканеру в международном аэропорту, но дружелюбен и по-родственному близок солдатам. Может быть, оттого, что для последних офицер этого ранга никакой угрозы не представлял и болтовню его слушать было приятно и смешно одновременно.
