Боярышня Евдокия 4 читать онлайн

— Дед ворчит, что ты непоседа, — покачиваясь в обложенных подушками санях и зевая, сплетничал Ванюшка. — Он говорит, что ты в отца и не можешь усидеть на месте.

— Ничего подобного, — подавив ответный зевок, вяло возмутилась Евдокия. — Будь моя воля, построила бы себе мастерскую, сидела бы там и мастерила что-нибудь красивое.

— Картинки рисовать стала бы? — фыркнул брат, подпихивая под бок уснувшего Олежки скрученную шкуру, чтобы приятель не заваливался на него. — Кому они нужны?

Дуня обиженно посмотрела на брата и, прихватив его за грудки, притянула к себе:

— Ты кто? — грозно спросила она.

Их лбы стукнулись, но Дуняшка продолжала держать мальчишку.

— Отпусти, шальная! — начал вырываться Ванюшка. — Это я!

— Точно ты? — дунув ему в нос и заставляя отфыркиваться, засмеялась Евдокия.

— Ну, а кто ещё согласится греть тебя собою? — заворчал брат. — Я себе уже бок отлежал, а ты развернуться не даёшь!

Дуня хмыкнула, поглядывая на развалившегося в санях Олежку, которого брат заботливо укрыл, и сурово спросила:

— Тогда почему изрекаешь глупости?

— Ничего не глупости! — боярич отнял у неё подушку из-под спины и подпихнул под себя, блаженно потягиваясь.

Дуня со вздохом подтянула к себе другую подушку и подложив под спину, съежилась: подушка оказалась ледяной. Сани в этот момент подскочили на колдобине, и боярышня завалилась на брата, успев заметив, как Ванюшка придержал всхрапнувшего Олежку.

— Ого! И хорошо пишут?

— Не так дивно, как ты, — признался брат, — но смешно.

— И ты решил, что мне теперь невместно брать в руки кисть? — усмехнулась Евдокия. — А как же иконописцы? Их ты тоже приравняешь к ярмарочным рисовальщикам?

— Ну ты сравнила! — воскликнул боярич. — Олежка, объясни ей, что я хотел сказать! — велел Ванюша, толкая спящего мальчишку в бок.

Григорий с любопытством прислушивался к болтовне Вячеславичей, а сейчас поравнялся с санями боярышни, чтобы послушать, что скажет его сынок.

— Иван Вячеславич беспокоится, — похлопав глазами и вытерев слюну, солидно начал Олежка, — что люди не поймут разницы между твоими картинами и теми, что на торгу. Но если ты задорого продашь их…

Григорий хмыкнул, поняв, что его малец умудрился сразу вникнуть в тему.

— Не будет она их продавать! Она же боярышня! Ты что? — подскочил Ванюшка и плюхнулся обратно, не удержавшись.