Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Я без конца вспоминал условия неслыханного, абсурдного договора с Дюбре, и мне становилось все страшнее.

Гарантом будет твоя жизнь…

Этот тип способен перейти к действию, теперь я в этом был уверен.

Я проснулся среди ночи, весь в поту. Во сне меня осенило: в тот час, когда подсознание становится хозяином положения, легче всего выудить из бездонного колодца памяти то, что там затерялось среди огромного количества познаний, опытов и кучи забытой информации.

Имя того психиатра, что написал статью о самоубийцах и указал дорогу в укромное место на Эйфелевой башне, где самоубийство приобретало грандиозные черты, было Дубровский.

Весь следующий день я провел в каком-то странном состоянии. За подспудным страхом, который теперь повсюду меня сопровождал, я снова ощутил одиночество. Я был очень одинок, один во всем мире. И вынести это было труднее всего.

Во всей враждебной вселенной одна Алиса была для меня светлым пятном. Конечно, она всего лишь коллега, даже не друг, но я ценил в ней естественность, она была настоящая.

Я чувствовал, что она тоже меня ценит, просто так, без всякой задней мысли. И это само по себе было здорово."

"За день я принял четырех кандидатов. Незнакомые люди, конечно же, старались представить свою жизнь в выгодном свете. А я поймал себя на том, что завидую им и хотел бы оказаться на их месте, как они, беззаботно прибиться к новой профессии, делать карьеру и не задавать себе метафизических вопросов о смысле жизни. Мне вдруг очень захотелось с ними подружиться, позабыв о том, что вся их сердечность направлена лишь на то, чтобы вызвать мою симпатию.

Ведь это я нанимаю их на работу…

Я рано ушел из бюро, а перед домом застрял возле Этьена. Мы уселись на выбитые ступеньки старой каменной лестницы. Не знаю почему, но его присутствие и его бесшабашный вид придали мне уверенности насчет моей дальнейшей судьбы. Мы поболтали о том о сем, полакомились яблочными пирожными, которые я купил в булочной напротив.

Мимо нас проходили пешеходы, все еще оживленные, несмотря на конец дня.

Вернувшись в дом, я перерыл его сверху донизу, перебирая даже самые мелкие вещи. Конечно, я ничего не нашел.

Тогда я устремился в Интернет. В Гугле я набрал «Игорь Дубровский» и нажал кнопку поиска. У меня засосало под ложечкой. Семьсот три результата. Некоторые на незнакомом языке, наверняка на русском…

Я переходил со станицы на страницу, пробегая глазами внятные статьи.