Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Обернулась к мужчине и сложила руки на груди.

— Откройте немедленно дверь.

Ладомирский как раз изучал моё художество.

— Здесь я решаю, кто и когда покинет кабинет, — произнёс он ледяным тоном.

Поджала губы — мой явный признак недовольства.

Ладомирский медленно поднялся со своего кресла и приблизился ко мне. Бумаги он отшвырнул — белые листки рассыпались по полу."

"Он подошёл очень близко и наши тела соприкоснулись. Я сделала шаг назад — спина прижалась к поверхности двери. Мужчина положил руки по бокам от моей головы и навис огромной горой.

По спине прошла холодная дрожь, но я надеялась, что он не заметил, как я вздрогнула и испугалась. Испугалась яростного огня, который буквально плескался в его чёрных глазах. Чувственные губы были плотно сжаты, желваки двигались, выдавая ярость мужчины.

Я дерзко вздёрнула подбородок и с вызовом посмотрела в эти глаза.

— Тамара, не делайте глупостей, — угрожающим шёпотом, от которого у меня чуть не случился инфаркт, произнёс Ладомирский.

— Этот ребёнок мой. Мне очень жаль… Правда, жаль, что именно вы стали сосудом. Но я вам заплачу — очень много. Вы видели сумму. Когда родите, вы сможете снова сделать ЭКО или… чем чёрт не шутит — может, вы встретите своего мужчину и забеременеете от него. У меня большие возможности, Тамара. Я могу сделать вашу жизнь комфортной, сытой и богатой или же превращу её в ад… Но при любом вашем выборе — ребёнок останется со мной.

Он положил правую руку мне на шею — нежно погладил кожу большим пальцем и неожиданно, чуть сжал моё горло.

Мой страх сменился яростью.

Отмахнула от себя его руку, а потом и вовсе толкнула его в грудь, но с таким же успехом можно было толкать вековую скалу.

— Я. Никогда. Не отдам. Тебе. Своего. Ребёнка. — Гнев клокотал у меня в груди. Голова, казалось, сейчас взорвётся от поднявшегося давления. — Выпустите меня отсюда.

— Дура! — прошипел Ладомирский. — Пока не подпишешь — не уйдёшь!

- Не будьте идиотом, Руслан Германович! — взорвалась я.

— Этот ребёнок для меня — вся жизнь! Ни за какие деньги, ни за какие блага целого мира, я не отдам его! Я пришла к вам сюда, и думала, мы будем договариваться на адекватных условиях, а вы хотите купить меня и забрать моего ребёнка!

— По-вашему, я идиот? — с рычанием в голосе осведомился он, желваки ещё сильнее заходили на его скулах. Красивое лицо Ладомирского скривилось.