Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Десять лет строгача – это вам не шутки!

Остановившись у дверей магазина, я несколько раз глубоко вздохнула. Богдана, может, и на месте нет, а я так раздухарилась. Надо взять себя в руки, чтобы не разреветься от стресса. Я чувствовала, что уже на грани. Одна капля, и я взорвусь.

Немного успокоившись, я дёрнула дверь и вошла внутрь. На мою удачу за прилавком стоял тот же продавец, что и вчера. Сжимая в руке запчасть, я подошла к парню.

– Здравствуйте! Позовите, пожалуйста, директора! – сразу же попросила я, чтобы сэкономить время и нервы.

– Добрый день, а что случилось? – вежливо поинтересовался продавец.

– Что случилось? – повысила голос. – Вы меня помните? Я купила у вас вчера вот это! – положила на прилавок раскуроченную деталь. – В сервисе мне сказали, что она некачественная. И вот, я теперь без денег и без машины. Вот что случилось!

– Этого не может быть... У нас все запчасти оригинальные!

Я была готова к тому, что продавец начнёт выгораживать честь и достоинство магазина. А как иначе? У них тут целая мафия.

– Вы позовёте директора? Или я в полицию звоню?

– Одну секундочку, девушка! – засуетился продавец, испугавшись моих угроз. – Сейчас я приглашу Богдана Андреевича.

Парень ушёл куда-то вглубь магазина, а я принялась дёргать ногой от нетерпения. Вернулся он вместе с Богданом, и моё сердце снова замерло при виде хозяина магазина.

Сейчас он был без куртки, в обтягивающем его мощный торс свитере, но всё равно выглядел угрожающе. Продавец вернулся за прилавок, а Богдан подошёл ко мне так близко, что я почувствовала его запах: аромат одеколона, кожи и бензина – очень мужественный, между прочим.

У меня голова пошла кругом, и я разволновалась пуще прежнего, но уже не из-за запчасти. Меня так повело из-за Богдана, аж в животе всё сжалось.

Пришлось запрокинуть голову, чтобы видеть его лицо. Какой же он огромный, мамочки! Сколько нужно съесть каши в детстве, чтобы вымахать таким детиной? Судя по мускулам, легко угадывающимся под свитером, он и со спортом дружит. Натолкнувшись на взгляд тёмно-серых глаз, обрамлённых густыми, чёрными ресницами, я окончательно смутилась.

Мужчина смотрел на меня как-то по-доброму, немного иронично, как будто и не собирался со мной ругаться. Неужели, продавец не рассказал ему, зачем его вызвали в зал?

– Привет! – бодро поздоровался он.

– Здравствуте, Богдан... – отчества я его не запомнила от волнения, поэтому надеялась, что он сам подскажет.

– Просто Богдан.

– Видите ли, в чём дело, Богдан...