Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

– Да-да, ох, прошу прощения! – закивал мужчина с редкой сединой на висках. – Но мой профессиональный интерес просто взывает... Ведь никто еще не выживал после ракасов! Тем более попав, видимо, в их энергетические поля, разве не они вас так ускорили, эйра Бальмануг? Да их самих, то есть ракасов уже столько веков не видели!...

Хелен испуганно моргнула.

– Но ведь кто-то еще выжил, да? – прошептала она. – Там было столько охраны... люди... Они выжили? Хоть кто-то?

Ее ладонь опять крепко сжали.

– Да, Хелен, благодаря твоим нанам и взрывам, которые, видимо, спугнули ракасов, люди выжили, – ответил Лернавай.

– А Вакрок?!

Секундная задержка, но жених ответил:

– Да, конечно. Вакрок тоже жив.

Хелен облегченно выдохнула. Хвала всем богам! И этого мира, и ее родного, и даже пограничным духам, которые, гады такие, почему-то допустили прорыв ракасов в сердце материка, в самый центр человеческих земель.

Она на минутку прикрыла глаза от усталости, которая накатила даже после такой короткой беседы.

***

Когда Хелен очнулась в следующий раз, то чувствовала себя гораздо лучше. Тело не болело, горло не саднило, даже какое-то хорошее настроение пробивалось изнутри. Поэтому когда опять увидела около своей кровати Лернавая, сидящего в кресле поблизости, то даже не расстроилась.

Мужчина, подперев голову кулаком, другой рукой придерживал бумаги, которые лежали на его коленях. Опять весь в черном, словно работа в Управлении у него круглосуточная, чуть не хмыкнула Хелен.

Или всё-таки хмыкнула? Потому что мужчина вздрогнул и поднял голову, проморгался.

Он там спал, что ли?

– Как ты себя чувствуешь, Хелен? – первым делом спросил мужчина, одновременно берясь за свой почтовый артефакт.

– Хорошо, – не стала скрывать девушка. – Со мной всё хорошо."

"– Угм, – как-то неопределенно отозвался мужчина вставая.

Он подошел к двери и позвал лекаря, на ходу отправляя кому-то сообщения, что Хелен пришла в себя.

– А я долго спала? – поинтересовалась девушка, из постели следя за действиями мужчины.

В палате, то есть в просторной и светлой комнате аж с тремя окнами они были одни.

– Сегодня уже четвертый день после визита ракасов.

Хелен охнула. Опять учеба в академии страдает, опять она, Бальмануг, навела беспорядки в столице.

– Дяде моему уже сообщили? – почему-то первым делом беспокоил ее такой вопрос.

– Конечно.