Только не плачь читать онлайн

Педагоги хреновы, — она тоже умела бить словами, — да вас на пушечный выстрел к детям подпускать нельзя! Воспитать они хотели…

Справедливый упрек и от этого во сто крат более болезненный. Мы действительно налажали с Кириллом по полной программе, и с Ванькой выбрали ту же модель поведения — дать всего и побольше… Всего кроме внимания.

Я этого не понимал. Вплоть до этого самого момента, пока Вероника не макнула меня носом в мое собственное дерьмо.

Глава 18

Мой мир сломался.

Просто хрясь, и вдребезги. Так что осколков не соберешь.

Еще вчера я ползала, как вареная муха: день прошел и ладно, не померла и хорошо, а сегодня все с ног на голову. В груди бухает внезапно ожившее сердце, в голове миллион мыслей и, кажется, за спиной пробиваются крылья.

Сын жив…

А я ведь его успела похоронить, свыкнуться с этой мысль, смириться. Разве что по ночам иногда снился детский смех и призрачный голос, жалобно повторяющий «мама».

Нет таких слов, чтобы описать те чувства, которые меня душили. Это даже не радость, не облегчение, это будто ты заново родилась, вышла из огня и вдохнула полной грудью.

Я не могла на него насмотреться. Все трогала, гладила по волосикам, обнимала, держала за маленькие ручки, бесконечно восхищаясь хрупкими пальчиками. До одури страшно было, что, если отвернусь, отпущу, да просто моргну — он исчезнет. И вместе с ним снова погаснет желание жить. Он был похож на Кирилла — те же голубые глаза и светлые волосы, и в тоже время было что-то неуловимое от старшего Барханова.

Артур…

Никогда еще я так остро не ощущала его присутствие.

Столько противоречивых эмоций в отношении одного мужчины. Они захлестывали, душили, доводили до исступления.

Я не врала, когда говорила, что ненавижу его. Еще как ненавижу! Аж зубы сводит! Хочется придушить, сделать настолько больно, насколько это вообще возможно. Разорвать, разбить, растоптать, как он сделал это со мной, лишив самого ценного.

Но он прав. Мне не по силам с ним тягаться. Он лев, у которого весь мир в когтях, а я слабый заяц.

Пусть отпустит сам, по-хорошему. Он просто обязан это сделать. После всего, что натворил его драгоценный брат. Хорошо хоть Барханову хватило силы духа признаться, что налажал. Так себе оправдание, но теперь, когда он перестал считать меня предательницей, у меня с плеч гора свалилась.

А еще я была ему благодарна, за то, что маленького Ваньку вытягивал. Заботился о нем, бегал с ним по больницам, любил. Именно любовь я видела в его взгляде, обращенном на моего сына.