Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Разобрав полученную от Митрича винтовку, Елисей принялся тщательно изучать подгонку и делать замеры, переводя полученные результаты в метрическую систему измерений. Как оказалось, точность литья в деталях была на высоте. Впрочем, ожидать иного от мастера ювелира было бы глупо. Да и Митрич, как кузнец оружейник, был мастером своего дела. Все трущиеся детали были отполированы, а пружины лоснились от смазки.

Увлекшись, парень даже не заметил, как пролетело время и на улице сгустились сумерки. Из этого состояния, близкого к трансу, его вывели голоса мальчишек.

Прислушавшись, Елисей уловил, что ребята чем-то возбуждены.

Выйдя из кабинета, он вышел во двор и, найдя взглядом десятников, условным жестом подозвал их к себе.

– Что стряслось, что мальчишки словно галки галдят? – спросил он, едва парни подошли.

– Слух прошел, дед Святослав помирать собрался, – угрюмо вздохнул один из парней.

– Как это? – растерянно охнул Елисей. – Где он?

– Так дома.

– Так. Ребят спать укладывайте, а я к деду схожу, – скомандовал парень, выскакивая со двора.

Быстрым шагом пройдя к знакомому подворью, Елисей вежливо постучал в калитку и, дождавшись, когда из дома выйдет Василий, внук Святослава, негромко спросил:

– Вечер добрый, Василий, что с дедом? По здорову ли?

– Входи, – мрачно буркнул Василий, открывая. – Плох дед. С утра встать не смог, а сейчас едва дышит. Уже и за попом, и за Радмилой посылали. Поп молитву прочел, соборовал да ушел. А Радмила все с отварами возится. Уж не знаю, что и делать.

– Тут уж ничего не поделаешь, – вздохнул Елисей.

– Как оно на роду написано, так и будет. Войти-то к нему позволишь?

– Да иди уж, – махнул Василий рукой. – Спрашивал он про тебя.

Войдя, парень чинно перекрестился на образа и под настороженные взгляды домочадцев старика прошел в указанную ими сторону. За занавеской, на широкой лежанке, на перине, лежал старый казак. Тяжело дыша, он с грустью глядел на хлопотавшую рядом сестру. Заметив парня, старик едва заметно улыбнулся и слабо шевельнул ладонью, подзывая его поближе.

Радмила, увидев Елисея, кивнула и, указывая ему на край лежанки, еле слышно сообщила:

– Вовремя ты. Ждал он тебя, а звать не велел. Сказал, сам прийти должен.

Кивнув в ответ, Елисей присел рядом со стариком и, склонившись к нему, тихо спросил:

– Чем я помочь могу, деда?

– Теперь уж ничем. Время пришло, – слабо улыбнулся старик.

– Как тризну справить? – решившись, прямо спросил парень.

– К батюшке сходи, огонь разведи и бычка зарежь.