Запрет на любовь читать онлайн

Мы — команда! — кивает тот в ответ. — Друзья.

— Уберите его от меня, — цедит Абрамов. — Или я за себя не отвечаю.

*********

По дороге в лагерь слушаю лекцию о безответственности ещё и от Александра Георгиевича.

— Разве можно? Одна. Девочка. Ночью. По незнакомой местности! — отчитывает меня он.

— Тата — бесстрашная, — улыбается Мозгалин.

— Это не бесстрашие. Излишняя самоуверенность и глупость в чистом виде, — доносится от Абрамова, идущего за спиной.

Закатываю глаза.

— В этом соглашусь с тобой, Марсель, — кивает физрук.

— Ничему жизнь не учит.

— Вы изначально ни одну из групп туда не направили, — отвечаю я учителю, игнорируя колкий комментарий одноклассника.

— Потому что сперва хотели осмотреть ближайшие метров триста-пятьсот.

— Так-то она права, Георгич. Надо было сразу кого-то туда отправить, — встаёт на мою сторону Горький.

— Почему решила пойти к маяку? — нахмурившись, спрашивает у меня физрук.

— Петя заглядывался на него утром.

— А ещё Петя оставил подсказки, — с гордостью добавляет Мозгалин.

— Подсказки?

— Держи назад своё оригами, — достаю из кармана бумажные фигурки и передаю ему.

— Ты разложил их по пути, что ли?

— Да, Паша. Петя молодец. Петя всё продумал и Тата нашла его.

— Нельзя уходить из лагеря, Пётр! — ругает его молодой преподаватель. — Мы с Матильдой Германовной несём за тебя ответственность, понимаешь?

— Девочки сказали, что мы играем.

— Ещё раз повторяю, Мозгалин, самовольно уходить куда-либо без разрешения нельзя! Мало ли, что с тобой могло случиться!

— Петя сожалеет.

Физрук вздыхает и качает головой.

— Ладно ты до маяка дошла, — поворачивается ко мне, — но зайти в тёмное, заброшенное, полуразрушенное здание как дурости хватило? Неужели не побоялась?

— Нет.

— А тот мужик сильно напугал тебя?

— Немного.

— Она всерьёз думает, что перцовый баллончик — защита от всех бед, — снова влезает в наш диалог Абрамов.

— В случае с тобой помогло, — отзываюсь язвительно.

— Просто повезло. Я на тебя засмотрелся.

Цокаю языком и чувствую, как начинают гореть щёки.

Засмотрелся. Дезориентирован.

Идиот. К чему эти провокации?

Александр Георгиевич старательно сдерживает улыбку. Мозгалин, похрюкивая, смеётся."

"— Кто он? Тот человек на маяке, — перевожу тему.

— Без понятия. Бомж, судя по виду.

— Он бывший сиделец.

— С чего ты взял, Марсель?

— У него есть наколки на пальцах, — вспоминаю я вдруг.

— Да. И каждая из них что-то означает.