Запрет на любовь читать онлайн

— Я… Вы… — заикаюсь, разнервничавшись, и впервые, наверное, испытываю трудность с тем, чтобы сформулировать простое предложение, способное отразить цель моего визита. — Я пришла к Марселю.

Прищуриваясь, делает шаг вперёд и, нависая надо мной чёрной грозовой тучей, буквально прожигает лицо своими глазами.

Глазами с полопавшимися красными сосудами на белках.

Глазами, в уголках которых проступила сеточка из вен и морщин.

Глазами, отчётливо транслирующими боль, злость и ярость.

Сколько ночей он не спал?

Выглядит крайне уставшим, эмоционально истощённым и измученным.

— Я понимаю, что вы не хотите меня видеть, но…

— Пошла. Вон.

Эти слова сказаны не громко, но столько в них лютого гнева, что еле сдерживаюсь, дабы не зарыдать.

— Ян…

— Не вмешивайся, Беркут, — пресекает попытку мужчины влезть в наш разговор.

Беркут.

Перевожу взгляд на него. Это ведь тот самый крёстный из Москвы, у которого Марсель собирался просить помощи.

— Мне… нужно к нему, — голос предательски дрожит, но я всё равно стараюсь показать, что отступать не намерена.

— А мне нужно, чтобы мой сын вернулся к жизни, — ядовито цедит Абрамов-старший сквозь зубы.

— Ян Игоревич…

Чувствую, как по щекам скатываются горячие слёзы.

— Проваливай отсюда.

— Я прошу вас, — судорожно выдыхаю. — Дайте мне с ним увидеться.

— Нет.

— Просто позвольте…

— Я сказал нет! — повторяет жёстко и уходит.

Уходит!

— Что с ним? Почему Марсель до сих пор в реанимации? Он в сознании? Скажите! Ян Игоревич, сжальтесь надо мной! — в порыве безысходности бросаю.

Секунда.

Две.

Три.

— Он в медикаментозной коме, — произносит убито, касаясь пальцами железной ручки двери.

Я не знаю, что это значит, но слово «кома» — звучит очень-очень страшно.

Тишина оглушает меня, дезориентируя.

В ушах неприятно звенит и пульсирует.

Перед глазами всё та же жуткая картинка появляется.

Трасса. Перевёрнутый мотоцикл и парень, лежащий в нескольких метрах от него…

Сердце пропускает удар и следующий, жизненно необходимый, совершает лишь после того, как я с шумом втягиваю ртом воздух, который по ощущениям содержит мельчайшую пыль из стекла.

— Умоляю. Пустите! — уже в спину отчаянно кричу. — Я не могу уехать вот так! Пожалуйста. Прошу вас… — перехожу на резонирующий с криком шёпот. — Всего один раз. Клянусь, больше я вас не потревожу!

— Никогда, Джугели, — повернувшись, добавляет он. — Не потревожишь больше никогда.