Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

— Мне пора идти за сестрой в соседнее здание.

За спиной открывается дверь.

— Мы с тобой ещё не закончили!

— Ну, пять минут у вас есть максимум, — откидываюсь на спинку стула и вытягиваю ноги. — Вещайте, давайте, Людмила Петровна. Что там ещё за претензии?

Неожиданно получаю хороший такой подзатыльник.

— Встал.

Растерянно моргаю.

Увидеть отца тут, в кабинете директора, я никак не ожидаю. Он ведь уезжал в Москву по работе. Полтора месяца не виделись.

— Добрый день, Ян Игоревич, спасибо, что пришли. Мы не стали беспокоить вашу жену.

Понимаем, ей сейчас волноваться нельзя.

— Как раз-таки из-за того, что она нервничает, я здесь

— Присаживайтесь.

— Ты когда приехал? — потираю ушибленное место.

— Рот закрыл и встал. С каких пор нужно повторять дважды?

Давит взглядом, пока я поднимаюсь.

Злой и сердитый. Сразу считываю. По глазам.

— Позволите, я начну? — завуч принимается озвучивать тот бесконечный перечень претензий, который у неё накопился. — Мы крайне обеспокоены сложившейся ситуацией. Ваш сын абсолютно не готовится к сдаче экзаменов.

На уроках он апатичен и отстранён. Из учебных принадлежностей — ручка и блокнот, в котором пишется, отнюдь, не классная работа. Тесты, задания парень не выполняет, к доске выходить отказывается. Когда настроение агрессивное, может сорвать урок. Что недопустимо, как вы понимаете.

— Ян Игоревич, — вступает в беседу мать Ромасенко, — прости, Марсель, но озвучу это при тебе. Смею предположить, что резкая перемена в твоём поведении напрямую связана с проблемами личного характера.

— Я разберусь, — произносит отец тоном, не предвещающим ничего хорошего.

— Возраст сложный. Зачастую происходящее кажется драмой и трагедией, но так ли это на самом деле?

— Я вас умоляю. В чём драма, Светлана Николаевна? Абрамов чуть ли не каждый день сажает на свой страшный рычащий мотоцикл новую барышню. Общество потребителей наблюдаем. Ни ценностей, ни морали.

— А вы, я смотрю, пристально за мной следите?

— К несчастью приходится.

— Хотите и вас покатаю?

Отец медленно поворачивает голову в мою сторону и мне приходится благоразумно заткнуться.

Ведь обычно, когда я испытываю его терпение, дело заканчивается плохо.

— Нет ну это ни в какие ворота… — оскорблённо задыхается возмущением завуч. — Он у вас обнаглел донельзя! Вы вообще в курсе, что творит вместе со своей гоп-компанией?

— Полагаю, что да.

— Рубашку застегни! И подстригите его в конце-концов! За своими кудрями ничего не видит.

— Даже до волос докопалась, — фыркаю.