Ватага. Атаман читать онлайн

Барабаны словно пульсировали – бумм-бумм-бумм, – и этот ритм отдавался уже не в ушах, а где-то глубоко в груди, в сердце.

– Вай, вай! Ай-Лили!

Вот, наконец, на террасе появилась и певица – худенькая, большеглазая, озорная, одетая тоже срамно – в длинные, с разрезами, шальвары и ярко-зеленый, щедро раскрытый жемчугом лиф, высоко обнажавший стройный живот. Темные волосы, жгучие темные глаза… Ах! Горшеня аж слюной подавился, настолько ему понравилась эта юная и, несомненно, порочная дева!

Звонкий, уносящийся высоко под крышу, голос:

– Белая, белая верблюдица!

Громкий ухающий ритм: бумм! бумм! бумм!

Полуобнаженные… нет, уже почти полностью нагие! танцовщицы.

– Тошшые!

А вот Горшеня… Он все не мог поверить: вот эта тоненькая полуголая девочка и есть знаменитая Ай-Лили, о которой предупреждал князь Егор? Князь был с ней близок, очень близок… так, может, и он, Горшеня, тоже…

Парень не думал уже ни о чем – не мог оторваться от изысканных телодвижений юной танцовщицы и певицы.

– Вот это дева! – шептали сами собой влажные от выпитого вина губы. – Вот это дева.

И не было рядом верного ватажника Никиты – людям подобного звания нечего делать за ханским столом – и некому было оградить, предостеречь… Да не очень-то и хотелось предостерегаться! Горшене хотелось другого, сладостное томление охватило все его тело и жгло грудь. Да еще этот поистине колдовской ритм.

Бумм! Бумм! Бумм!

И нагие извивающиеся в диковинном танце девушки.

А, закончив выступление, пробежалась вдоль всех гостей, каждому улыбнулась, а с ханом так и выпила бокал вина, после чего, поклонившись, простилась… И, уходя, задержалась подле Горшени, наклонилась, шепнула:

– Мои носилки ждут тебя у ворот, князь. Не обижай меня – приходи.

Приходи!

Двойник закусил губу, сдерживая обуявшую его радость.

Именно так сейчас и мыслил Горшеня, потерявший рассудок от охватившей все его существо страсти! Он еще никогда… с такими вот грешницами. И от этого становилось еще сладостнее, и так хотелось попробовать… словно сорвать запретный плод!"

"Все уже потихоньку расходились, а кое-кто и спал здесь же, прямо на кошме.