Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

— Астерий! Ты умрёшь страшно! — вскричала Гера. Её глаза превратились в яростный свет.

— Старая сука, ты уже хоронила меня! Проведай лучше свою подругу! — увы, сейчас я был непочтителен. Знаю, так нельзя с богами. Прикрываясь щитом, и чувствуя, как тают магические силы, я активировал в правую руку «Ликосу». Самым правильным было бы сразу атаковать ей Аполлона, но на создание полноценной магии этого вида уходит не только много сил, но и времени — не менее секунд семи — десяти. Тогда такого времени не имелось, иначе лучезарный бог снёс бы меня первым.

Сейчас он, жутко страдая, приходил в чувства, и я выигрывал ещё немного времени.

Из глаз Геры потёк багровый свет. Я не знал, как называется эта магия, но отчасти был знаком с ней. У людей она вызывает жуткую боль и скорую смерть. Только одного не учла Величайшая: Астерий умеет просто не чувствовать боль. Я убрал «Лепестки Виолы» и толкнул правой рукой белоснежный ком.

— Присоединись к Архане! — крикнул я. Комок «Ликосы» развернулся, со шлепком ударил богиню, тут же оплетая её тугими нитями.

"Да, боль и в самом деле сумасшедшая. Я ощущал последствия атаки Геры, словно кто-то ломал мои кости на мелкие кусочки и разрывал внутренности. Да, это очень неприятно, но если воспринимать отстранённо, то вполне выносимо. Просто знаешь, что эта боль есть, понимаешь ее силу, но практически не испытываешь страдания. Любой другой человек на моём месте, сейчас бы катался по земле и молил о смерти. Я же с насмешкой смотрел на Величайшую, как её оплетают белые жгуты «Ликосы».

Изумление и бессильная ярость в глазах богини были мне наградой.

Пытаясь вырваться, она рванулась изо всех сил.

— Остынь, злобная сука! — сказал я и ударил «Ледяной Волной» в этот раз не слишком стараясь.

Лицо богини посинело и покрылось льдом. Мелькнула мысль: «Жаль, упустил того бритиша, кого Гера так старательно оберегала. Побежать за ним?». Но не судьба. Аполлон поднялся на четвереньки, а у меня уже почти не осталось сил, чтобы сражаться с ним.

Бежать? Нет, это глупо. Хотя можно попробовать.

Я повернулся.

И только теперь понял, какой бог незримо присутствовал здесь — Перун. Пространство слева от меня разошлось голубым светом. Едва проявившись в земном теле, муж Геры взмахнул рукой, и ослепительная молния пронзила меня.

В последний миг я лишь успел увидеть, как почернели, обуглились мои руки.

Глава 12

Польза и вред памяти

Всё-таки Астерий был прав. Практически всё зависит от ума.