Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Картошку рыхлить чаще надо. Что есть-то зимой будем?!

Я лишь фыркала в ответ, стараясь не обращать внимания на его ворчание.

Внезапно, сначала из далека, а потом всё ближе, стали слышны громкие крики. Я обернулась и увидела, как ко мне со всех ног бежит девочка, лет восьми-десяти, из деревни. У неё было испуганное, заплаканное лицо, а дыхание прерывалось от бега и рыданий.

– Ведьма! – закричала она, задыхаясь и запинаясь на каждом слове, – Ведьма, надо бежать в деревню! Скорее! У мамы… мама рожать начала, в баню пошла… Они повитуху позвали, сначала всё хорошо было, а теперь… теперь что-то страшное творится! Она кричит, не может… не может разродиться! Повитуха за тобой послала… Мой папа с поля прибежал! Если ты не придешь, то мама… и ребёнок… умрут!

Сердце у меня оборвалось от этих слов.

Я понимала, что ситуация критическая и каждая секунда на счету.

– Беги, скорее обратно, – сказала я, стараясь сохранять спокойствие, – скажи, что я сейчас же приду!

Девочка кивнула и, не сказав больше ни слова, побежала обратно в деревню, слёзы градом катились по ее щекам.

Быстро скинув свои рабочие штаны и запачканную рубаху, я натянула чистое льняное платье. Понимала, что травы тут вряд ли помогут, но всё же взяла несколько пучков зверобоя, способного унять боль, порошок из коры дубы, который обладал кровоостанавливающими свойствами и отвар ромашки, которым можно было обтереть новорожденного для предотвращает инфекции.

Я знала, что в этой ситуации поможет только заговоры, которым меня учила бабушка.

Быстро схватив свою старую книгу заклинаний, я помчалась в сторону деревни, что есть мочи. Карл, словно тень, молча взлетел и полетел следом за мной, не проронив ни слова, что было очень на него не похоже. Я знала, что он тоже чувствует напряжение момента."

"Я влетела во двор, с трудом переводя дыхание, и тут же распахнула дверь бани. Внутри меня встретил удушающий жар и резкий запах пота и крови. Женщина лежала на полу, сжимаясь от дикой боли, её лицо было искажено мукой, крики разрывали тишину.

Кровь пятнами темнела на полу и на тряпках. Повитуха, с испуганным лицом, пыталась как-то помочь, подкладывая тряпки, что-то шепча, но было видно, что она бессильна здесь. Увидев меня, повитуха кротко сказала:

- Ножками вперёд пошёл.

Я села на пол рядом с роженицей, не тратя время на объяснения. Открыла свою старую книгу на нужной странице, где были записаны слова заклинания для облегчения родов, и положила руки на живот женщины.