Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

И от этого всего я чувствую себя непривлекательной, некрасивой и никому не нужной. Бабушка успокаивает и говорит, что скоро пройдёт, но мне-то сейчас хочется любви и… поддержки мужа.

– Ну что я сейчас сделаю, Мириам? Остановлю время и перенесусь к тебе? – мягким и аккуратным тоном возмущается. – Так вышло! Я просто буду ждать тебя у выхода из кабинета, и ты мне объявишь, кто у нас. Вот мне и наказание. Ты быстрее узнаешь, кто у нас будет. А я буду продолжать сгорать от любопытства.

– Ладно, – сдаюсь, понимая, что он, и правда, ничем ситуацию уже не исправит.

Я бывала у своего доктора без Алима уже. Привыкла. Просто на значимые события мы обычно вместе приходим. Вот и расстроилась. – Алим, моё время! Я пойду!

– Удачи! Люблю вас!

– И мы тебя, – кидаю и отключаюсь ровно в тот момент, когда над дверью появляется мой номер посещения.

В этой странной клинике людей под номерами записывают, и ты всю свою беременность, роды, а после несколько недель после них значишься под этой цифрой. Именно ей тебя вызывают на приём.

Удобно, конечно, но однажды я забыла свой номер и минут пять стояла под дверью, мысленно ругая человека, которого приглашают. Вызывают, а он не приходит. Н-да… так стыдно перед врачом мне ещё никогда не было.

– Добрый день! – приветствую своего гинеколога, который вёл меня ещё до беременности. Именно за ней я и ушла в эту клинику.

– О-о-о, Мириам! – восклицает женщина и достаёт мою карту, важно её раскрывая. – А где мужа потеряли? Или он только сейчас осознал, что у него будет трое детей и сбежал?

– Он опаздывает, – защищаю Алима, но шутку оцениваю заливистым смехом.

Кстати, он меня преследует всю беременность. Я смеюсь над всем и всегда. Мой врач говорит, что это гормоны так на меня действуют, и ничего страшного в этом нет. Положительные эмоции отлично сказываются на детях. И лучше уж смеяться, чем плакать.

Я не против, но иногда над такой чепухой смеюсь, что люди на меня странно косятся.

– Печально, – тянет врач и поднимает на меня улыбчивый взгляд. – Как себя чувствуешь? Болит что-то? Тянет?

– За те три дня, что мы не виделись, ничего не изменилось, – коротко отвечаю, закусив губу.

– Я на кушетку, да?

– Не терпится узнать, кто у вас будет? – понимающе произносит она, взглянув на мой живот. Только ей он не кажется ужасным. Наоборот, нормальным.

– Ага, – киваю головой. – Очень! Муж хочет сына. Я дочь. Каждый день перед сном гадаем, кто у нас.

– Иди давай, – отсылает, улыбнувшись. – Признаюсь, я сама ждала этого дня.