Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

– Будем переучивать? – хмыкает Сулейман, упирая руки в столешницу и запирая меня в капкан.

Мы как раз планируем готовить завтрак, выбирая то, что придется обоим по вкусу.

– Даже не пытайся, – качаю головой, не поддаваясь на уловку, но для поцелуя губы подставляю с удовольствием. – А еще я не люблю тусовки и шумные сборища. И соревнования не люблю. И когда лица бьют друг другу, – добавляю отдышавшись.

– Ух, какая серьезная, – подначивает Сулик, прищурив темные глаза, а сам аккуратно самыми кончиками пальцев поддевает локон, свалившийся мне на ресницы, и заправляет его за ухо.

– А что же тогда остается?

– Алмазная мозаика, готовка, – пожимаю плечами, так сразу и не припоминая, что еще можно добавить, – фильмы в ноутбуке, прогулки по лесу. Я – домоседка.

– Машуль, расслабься, – Султанов резко подхватывает на руки, чем вызывает мой испуганный визг, и несет в спальню. – Это же не экзамен, и я не собираюсь тебя принуждать… – подмигивает, бросая на кровать, обхватывая оба моих запястья одной рукой и фиксируя их над головой, а второй ловко расстегивает пуговицы на своей рубашке, которую сам же на меня и надел полчаса назад, – если только совсем чуть-чуть… но обещаю, тебе понравится, – нависает сверху.

– Вот и ладненько, – выдыхаю, прикрывая глаза, и выгибаюсь, потому что от каждого касания горячих пальцев словно током простреливает.

А через пару дней поддаюсь просьбе моего мужчины помочь с тренировкой: подержать ноги, пока он будет качать пресс, а затем посидеть на спине во время отжиманий.

И неожиданно для себя увлекаюсь. Кипящий в крови адреналин, когда я наблюдаю за роскошным телом Сулеймана, за сокращающимися мышцами и кривоватыми дорожками пота, стекающими по рельефному прессу и шее, захватывает целиком, заставляя забыть о том, что я раньше не любила.

Боже ж мой, я становлюсь нимфоманкой, залипающей на своего мужчину. И, когда он в шутку предлагает подержать ноги мне, киваю и… качаю пресс, получая за каждое поднятие тела сладкий поцелуй.

Один. Второй. Третий. И всё. Срываюсь первая, прижимаясь теснее и откровенно требуя продолжения.

Двадцать пятого декабря мы идем в клуб, где знакомим друг друга со своими друзьями. Я его с Катюшкой, а он меня с Гордеем Архиповым, своим сослуживцем и лучшим другом, с которым прошел горячие точки. Архипов точно старше Султанова, примерно тридцати – тридцати двух лет, но такой же серьезный и собранный.