Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Спустившись по эскалатору на платформу, убийца разыскал глазами человека, остановившего своим вопросом помощника второго секретаря американского посольства. Обменявшись взглядами, они вошли в один и тот же вагон и, проехав одну остановку, так же вместе вышли на станции «Комсомольская» и по подземному переходу двинулись к Ярославскому вокзалу. На вокзале человек, общавшийся с американским дипломатом, встретился со своим приятелем и вместе с ним направился к автоматическим камерам хранения. Убийца прапорщика Игоря, держась от них на почтительном удалении, двигался следом.

Уже в помещении камеры хранения он нагнал их и, проходя мимо, произнес:

– За посольским был «хвост». Возле ячеек будьте внимательнее.

Услышав эти слова, Боб вздрогнул от неожиданности. С того момента, как тройка диверсантов пересекла польско-белорусскую границу, из уст командира группы впервые прозвучало предупреждение о действительно серьезной опасности. До последнего момента диверсанты практически ничем не рисковали, если не считать использования поддельных документов для въезда на территорию России.

Однако все три российских загранпаспорта, которые вручил полковник Греймс своим агентам, были изготовлены в специальной лаборатории ЦРУ на высокотехнологичном полиграфическом оборудовании. Выявить подделку могла лишь процедура сравнительного запроса в центральную базу ОВИРа на соответствие номера и серии заграничного паспорта вписанным в него имени и фамилии.

Естественно, что на российской границе при прохождении паспортного контроля никто не стал подвергать трех возвращающихся из Польши коммерсантов подобной проверке. Диверсанты не везли с собой ни оружия, ни специального снаряжения, поэтому без особых формальностей прошли таможенный досмотр. В тот же день, правда, с четырехчасовым опозданием, поезд Варшава – Москва доставил диверсионно-разведывательную группу Циклопа на Белорусский вокзал."

"Боб и Марк в Москве оказались впервые.

Стен вернулся в столицу после трехлетнего отсутствия. Выйдя из здания на привокзальную площадь, бывший «каскадовец» своим опытным взглядом определил, что Москва пусть незначительно, но все-таки изменилась. Правда, изменения, которые за то же время произошли с бывшим командиром штурмовой группы спецназа, оказались куда значительнее. Теперь у него были другие имя и фамилия, и служил он уже другому государству. Правда, цели остались прежними.