Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Ох! Сколько раз за ту лежку с головной болью он себя ругал! За несдержанность. За неосторожность. И так далее. Но гормоны, которые у его тела чуть ли не из ушей лились, раз за разом портили ему жизнь. Ибо накладывались на в целом непривычную обстановку и модель отношений, усугубляя косяки и промахи.

Что хотел Андрей, когда отправлялся в прошлое? Жить. Просто попробовать прожить жизнь если и не в XXI веке, то в другом. Ведь там, в будущем он должен был умереть молодым.

Посему, отправляясь в прошлое, ставил перед собой вполне прозаические цели.

Поначалу выжить, несмотря ни на что. Потом легализоваться, постаравшись занять как можно более выгодное социальное положение. А потом просто жить.

Никакого спасения Отечества. Никаких «советов Сталину» томным голосом по ночам. Никаких желаний совершать научно-техническую революцию в отдельно взятом селе. Нет. Ничего подобного. Он просто хотел жизнь прожить, а не тот огрызок, что ему «нарезала» судьба в XXI веке."

"Конечно, парень готовился. Крепко готовился.

И, в принципе, мог на уши поднять всю местную ойкумену, опираясь на свои знания и навыки. Но не хотел. Он с первого дня пытался быть как все, старался слиться с ландшафтом. Однако получалось не очень. Он крался по городу, как слон по посудной лавке, одетый в камуфляжные штаны да гимнастерку.

Как он переживал… ох как он переживал из-за того, что так «спалился» перед человеком царя. Петь песни из будущего – плохая затея. Очень. Понятно, что священная обязанность настоящего «попаданца» перепеть у костра песни Высоцкого, изобрести промежуточную стрелу и поставить на шишак командирскую башенку.

Но он к этому ничуть не стремился…

Впрочем, судя по всему, кривая судьбы его вела совсем не туда, куда он хотел.

– Как жизнь молодая? – спросил Андрейка, подойдя к Петру Рябому, что подвизался на паперти у храма Благовещения Пресвятой Богородицы в Туле. Это был тот самый человек, о котором говаривал дядька Кондрат и отец Афанасий тогда, осенью.

– Старею потихоньку, – нашелся Петр Рябой, ответив почти без задержки.

– А тебе чего, мил человек?

– Да дело к тебе есть.

– Дело есть, да нечего есть. – отметил Рябой и протянул руку.

Парень усмехнулся и кинул ему полушку.

– Слухаю тебя со всем вниманием, – поймав монетку произнес Петр.

– Хочу я послушать историю о твоей жизни. Сам понимаешь – болтают всякое.

– А почто тебе?

– Мне человечек нужен, с которым на сабельках можно упражняться.

– Стар я уже.

– А напрягся так, словно бежать собрался.