Для начала принеси мне устриц! Эту воду я больше хлебать не буду, так и знай! Ну?! Чего стоишь, моргаешь?!
– Может, вы ляжете обратно, а я сделаю вид, что так все и было? – без особой надежды предложила я, уже понимая, что за пакость завелась в моем замке. И ведь хорошо лежал-то. Тихонько.
– Поговори мне еще! Я требую устриц! – негодовал старичок, кряхтя и потирая поясницу. – Вот в наше время молодежь была...
Ну началось.
Глава 2. Тайна библиотеки и основы магии
– Понимаете, мастер Вейн, не то чтобы я не хотела вам помочь, это просто невозможно.
– скрестив руки на груди, крайне вежливо улыбнулась я. – В наших водах устрицы не обитают. Их доставляют из Лаодикеи, и только зимой. А сейчас, к слову, весна. Вы можете дождаться конца года или взять с того подноса то, что вам приглянется. Выбор за вами. Доброй ночи.
– А ты с характером. – довольно хмыкнул старик, оглаживая седую бороду. – Ладно. Так и быть, обойдусь пока без устриц. И это... Не ""выкай"" мне тут. Не во дворце. Ну все, ступай, дочка.
Оставив колдуна одного бродить по чердаку, я спустилась на свой этаж.
До сих пор не верю, что он очнулся. И хоть нрав у него весьма вредный, но я все равно рада, что он со мной. Завтра надо будет как-то представить его слугам, чтобы они случайно не выгнали неучтенного старика из замка. Хотя... Хм, нет, пусть тут живет. Есть у меня к нему пара вопросов, которые надо решить на свежую голову. И главным был вопрос тайника в библиотеке. Уж он-то должен знать, как открывается та проклятая дверь."
"Скинув свое облачение, я ополоснула лицо перед сном и легла в постель.
Эмоции прошедших дней постепенно смазывались, стирая из памяти те детали, которые, казалось, я не забуду никогда. У человеческой памяти есть одно особое свойство, действующее как защитная реакция. Чтобы сохранить здравость рассудка, память постепенно притупляет образы, сглаживая острые углы, причиняющие боль. Она размывает цвета, превращая яркие краски в неясные образы, которые хоть и не забудутся до конца, но частично будут замещены на более щадящие образы и задвинуты в дальние закрома памяти.
Новые впечатления заменят старые, и произошедшее будет вспоминаться все реже. Нет, забыть все не удастся, но появятся силы идти дальше. Это только вначале кажется, что мир рухнул, а эмоции так остры, что вот-вот изранят сердце до смерти. Но пройдет неделя, месяц или год, и эти шипы отпадут, оставив в глубине души пару непроходящих заноз, которые лишь изредка будут давать о себе знать в особо тихие ночи.
