Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Я тянусь к моему солнцу, к его горячему пламени. Я рвусь к нему. Я должна!.. Я хочу!!

Хочу!

К нему. И с ним.

Изо всех сил тянусь к моему солнцу, сиянию, теплу.

Нас разделяет огромное расстояние.

Стена тьмы."

"Я смотрю на него словно со дна моря.

Через бесконечные слои серого стекла.

Но Элор такой яркий, я так хочу к нему, так хочу его коснуться. И я тянусь, тянусь, тянусь к этому огненно-рыжему свету. На последнем дыхании, вкладывая всю себя. Я рвусь из тёмной далёкой глубины.

Ощущения меняются вдруг.

Словно я не на стискивающем тёмном дне, а почти у поверхности. И солнце сияет ярче, хотя такое же нечёткое, ещё далёкое. И я снова тянусь, бросаюсь к нему.

Что-то с треском раскалывается, как корка льда, выпускающая из ледяной воды.

И меня наполняет нежность, любовь, страх потери. Безграничная, бескрайняя, всепоглощающая любовь. Готовность быть рядом. Надежда. Отчаяние.

Чувства.

Мысли.

Не мои — Элора.

Грудь сдавливает от переизбытка чувств. Мир махом обретает неожиданную яркость и цвет.

Какой же он насыщенный!

Элор судорожно вдыхает и опускается лбом на мой лоб, разделяя со мной приступ выгибающей боли и делясь яркой надеждой, радостью, согревающей нежностью — и боль перестаёт казаться такой страшной.

Связь избранных неумолимо и благодатно сшивает меня и Элора в одно целое.

— Ри, — шепчет Элор, и прежде, чем слова звучат вслух, я слышу их в его мыслях, я чувствую его, как себя, наши сплетённые пальцы, наши бьющиеся в унисон сердца, боль одну на двоих, надежду одну на двоих.

— Ри… надо изменить кости. Пожалуйста. Ты сможешь…

Как же тепло в его чувствах. Сколько в них силы.

Вместе мы сможем.

Глава 74

Нежность… умиление… так тепло… и хочется есть… и нежность с умилением такие всеобъемлющие…

Я медленно выплываю из сна. Постепенно возвращается ощущение тела — оно отдохнуло, набралось сил, полулежит на подушках. В сонном разуме всплывают обрывки воспоминаний: кости при каждом приступе действительно пытались перестроиться, контролировать их удавалось с трудом.

Детские крики. Чудовищная слабость, в которую я проваливалась, как в вату, а Велларр не хотел уходить, потому что не оставляет своих пациентов. Но Элор его практически вышвырнул.

Тихо поскрипывает металл.

Нежность такая, что щемит сердце и наворачиваются слёзы. И так хорошо…

Медленно открываю глаза: свет очень мягкий, хотя под высоким потолком горят шесть сфер.