Его руки скользили по моему разомлевшему телу, то целомудренно поглаживая кожу на руках и животе, то забираясь на грудь и в развилку между ног, снова разжигая во мне огонь страсти.
Не выдержав, я развернулась в его руках, почти улегшись между его бедер, глядя ему в глаза.
— Мой господин позволит мне позаботиться о нем? — глядя на него снизу вверх, промурлыкала я.
Муж, прищурившись, посмотрел на меня, а потом согласно кивнул. А я начала оглаживать сначала его сильные ноги, потом дотянулась до литых мышц груди, спустилась к каменному прессу, а затем еще ниже.
Ответом мне стал глубокий судорожный вздох. Потянув Шая вверх, я заставила его пересесть на другую ступеньку, и теперь от сидел выше, а его большое достоинство возвышалось над водой, давая мне желанную свободу действий.
Скромно опустив глаза, я наклонилась и обвела языком крупную розовую головку. Муж дернулся и зашипел что-то сквозь зубы, а я, немного поиграв с кончиком, полностью нанизалась на мощный ствол, дерзко поднимая глаза на своего мужчину.
В его глазах плескалось столько эмоций и вожделения, что я снова потекла, предвкушая, какое еще наказание меня сегодня ждет. Продолжая двигаться вверх и вниз, лаская языком набухшие вены и уздечку, я коснулась его мошонки, набирая в ладонь потяжелевшие яички и перекатывая их пальчиками. По помещению разнесся громкий хриплый стон, а затем меня сгребли в охапку, разворачивая и укладывая на бортик бассейна.
Шай пристроился между моих ног, вонзаясь одним слитным движением, а потом забросил мои ноги себе на плечи, проникая еще глубже и развивая такой ритм и скорость, что у начала задыхаться от нахлынувших ощущений, теряя связь с реальностью. Мой муж продолжал сладостную пытку, то замедляясь, то бешено ускоряясь, менял угол проникновения, находя такие точки, от соприкосновения с которыми меня пронзали тысячи крохотных молний.
А затем я уже громко кричала и билась в его руках, судорожно сжимая внутренними мышцами огромный член в спазмах оргазма. Шайсар вторил мне громкими стонами, а затем взорвался внутри меня горячим фейерверком, тяжело дыша и притягивая меня вплотную к себе подрагивающими руками. Так мы и просидели еще несколько минут, молча впитывая это единение.
