Романтическая история мистера Бриджертона читать онлайн

Мисс Гиацинта должно быть кого-то подозревала из присутствующих, потому что она поранилась из-за падения в библиотеку, когда дверь резко открылась, а она в тот момент стояла, прижавшись ухом к двери.

Подслушивание под дверьми, упорное преследование мальчиков-разносчиков - и это лишь те пикантные кусочки, которые достигли ушей Вашего автора. До чего может дойти Лондонское общество? Ваш автор уверяет вас, дорогой читатель, что она никогда не подслушивала под дверью в течение одиннадцати лет своей карьеры. Все сплетни в этой колонке доставались честно, без всяких хитростей и других уловок, кроме острых глаз и ушей.

Я говорю: “Аревуар, Лондон!” Для меня было удовольствием служить тебе.

Светская хроника Леди Уислдаун, 19 апреля 1824Что было неудивительно, весь разговор на балу у Максфилдов шел о леди Уислдаун.

– Леди Уислдаун ушла!

– Ты можешь в это поверить?

– Что я буду читать за завтраком?

– Как я узнаю, что произошло, если пропущу вечеринку?

– Мы теперь, никогда не узнаем, кто она!

– Леди Уислдаун ушла!

Одна женщина упала в обморок, чуть не головой ударившись об стол, резко и довольно непристойно осела на пол.

– Она мошенница, - пробормотала Гиацинта Бриджертон Фелиции Физеренгтон, они обе стояли в небольшой группе с вдовствующей леди Бриджертон и Пенелопой Физеренгтон.

– Первый обморок был настоящим, - объяснила Гиацинта, - Любой скажет, что она довольно неуклюже упала. Но этот…, - она щелкнула пальцами в сторону леди на полу с отвращением, - Никто не падает обморок, словно балерина в балете. Даже та самая балерина."

"Пенелопа, слышавшая всю беседу, так как Гиацинта находилась прямо слева от нее, спросила:

– Ты когда-нибудь падала в обморок? - продолжая смотреть на невезучую женщину, которая становилась все более активной с легким трепетанием ресниц, как только нюхательную соль снова поднесли к ее носу.

– Никогда! - ответила Гиацинта, без всякой гордости, - Обмороки существуют для мягкосердечных и для идиоток, - добавила она. - И если бы леди Уислдаун все еще писала, заметьте мои слова, она бы непременно написала то же самое в своей следующей колонке.