Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Дети более открыты, они пока не умеют скрывать всё то, что их выдаёт, любая эмоция вот она: радость, смущение, горечь, обида. Просто со временем ты начинаешь чётко и быстро это распознавать. Ты смотришь на его улыбку, когда он говорит, но твой отец не радуется. Присмотрись…

Мы внимательно изучали Эдуарда Константиновича, а точнее его реакцию на разговор с младшим сыном. Его жена в это момент стояла рядом, притаившись как мышка. Затем отец взял слово и объявил всем присутствующим, что теперь оба сына Орловы счастливо женаты.

А дальше танец, видимо, традиция у них такая. Но парочка не вышла в центр зала, а направилась к нам.

– Сейчас поменяемся партнёрами, тебя пригласит мой брат, а я его жену. Отец предупредил, – Роберт наконец-то выпрямился, приготовившись к встрече родственников. Этого мне ещё не хватало, этот молодой мажор мне не нравился. Но семья есть семья.

– Валерия, если я не ошибаюсь, можно вас пригласить? – Алекс протянул мне руку, и я послушно вложила ладошку.

Вышли на середину зала, Роберт вёл Мышку рядом, а она топала, будто ноги не сгибались.

– Я Алекс, приятно познакомиться, – шепнул мне на ухо.

– Очень приятно Алекс, рада познакомиться с братом своего мужа.

– Ой, давай без этого, я же в курсе событий. Только удивлён, что Роберт нашёл такую привлекательную партию, думал, он не будет…

– Заморачиваться? Как ты? И женится на почти ребёнке, маленькой и не вякающей без разрешения? – я смотрела на него в упор, зелёные глаза опасно блеснули. О да, солнышко, я тебе не Мышка!

– С мозгами, да? Всё как хотел отец, старший братик как всегда на высоте, – почти выплюнул эту фразу, зло и неприятно.

– Но я умею быть хорошим мальчиком, – шептал мне на ухо, – умею изысканно соблазнять женщин, они тают в моих руках… – почувствовала, как рука наглеца медленно сползает вниз по моей спине, перемещаясь в итоге на задницу.

– Я тебе сейчас руку отгрызу и в пятую точку затолкаю, будет изысканная икебана в подарок отцу на день рождения, – улыбалась во все свои тридцать два самой милейшей из всех существующих улыбок.

Слова подействовали, и рука Алекса вернулась обратно, подскочив почти до лопаток.

– Ну ты и…

– Хамло? Да – могу, умею, практикую. Обращайся, по-родственному – всегда помогу, – весело ему подмигнула.

Остаток танца прошёл в полнейшем молчании, и через несколько минут я радовалась компании своего мужа.

– Это что такое было? – тут же вопрос от мужчины, брови которого сошлись на переносице тяжёлой складкой.