Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Кем они были в миру и для чего собрались за этим столом Полковник не сказал, ну, а Змей и не спрашивал. После представления друг другу возникла неловкая пауза, видимо по сценарию, кто-то должен был что-то в этот момент спросить или сказать, но этот кто-то (Змей) молча сидел и лениво оглядывал окрестности. Беседка стояла почти на самом берегу рукотворного пруда, и до воды было каких-то пару метров. Немного поодаль беседки на самой кромки воды росли высокие ивы. Скорее всего, летом здесь было очень даже ничего — от воды веет прохладой, деревья шумят листвой, а официант несет тебе большую тарелку жареного на огне мяса выложенного горкой и прикрытого сверху свежеиспеченным лавашем.

От представленной картинки рот Змея наполнился слюной, и он понял, как сильно хочет есть."

"— А у вас чего тарелки пустые? — удивился Степан, оглядывая стол.

— Тебя ждали дорогой, вот и не ели, — отчего-то сварливым тоном ответил Полковник, видимо спокойствие Левченко испортило ему настроение.

Змей пропустил тон Полковника мимо ушей и накинулся на еду. Первым делом, он нисколечко не смущаясь подтянул к себе большое блюдо с еще горячим мясом, которое было выложено кругом в центре которого стояла пиала с темно-красным густым соусом, в котором угадывались пряности и листики зелени. Столовые приборы Степан начисто проигнорировал, беря мясо руками, макая его в соус и тут же отправляя в рот. Шашлык оказался из баранины. Ну, и на том спасибо, что не из окорочков, а всякое в жизни бывает! Проглотив несколько кусков мяса, Змей понял, чего ему не хватает — спиртного! В центре стола стояла несколько бутылок, выбрав плоскую с пяти звездночным коньяком, Левченко скоренько свернул крышку и вылил содержимое полулитровой бутылки в четыре высоких стакана, явно предназначавшихся для сока или воды.

На столе стояли и коньячные рюмки, но они были слишком малы, чтобы вместить ту дозу, которую отмерил Змей.

— Ну, как говориться, Слава Украине! — Змей взметнул стакан вверх и тут же опрокинул его содержимое в себя.

Сто двадцать грамм коньяка провалились в желудок как простая вода, Степан даже не поморщился.

— Героям слава! — как-то неуверенно и тихо произнесли в унисон Толстяк и Татарин, стаканы с коньяком они даже не взяли в руки.

Полковник смотрел на происходящее хитро улыбаясь, прищурив один глаз.

— А вы чего хлопцы не пьете? — коньяк ударил в голову и Змей решил немного покуражиться.