Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Он говорит это и быстро уводит меня наверх, чтобы ни я, ни его семейство не успели опомниться.

Дверь закрыта, и я налетаю на него чуть не с кулаками.

— Ты сошел с ума!? Зачем так?

— Малыш, ну я видел, что ты волновалась, и… Поверь, теперь нам будет гораздо проще общаться с ними. Я ведь сразу тебя предупреждал — надо сказать!

— Но не так! — я правда возмущена!

— А как? Ну, может, мне надо было при них встать на одно колено? Слушай, ну… я сегодня понял, что я нифига не романтик.

Я человек действия. Я лучше сделаю что-то…

Он говорит о действии, и я чувствую, как ползет вниз молния на моем платье. Минута и я стою перед ним в одних чулках. Он же полностью одет.

Я помню, как это сильно возбуждает, я как будто наложница, полностью готовая для своего господина. И… мне это нравится.

— Чему ты улыбаешься?

— Я в вашем распоряжении, мой господин, что вы хотите?

Говоря это опускаюсь на колени и вижу в его глаза опасный огонек, он поднимает бровь.

— М-м-м… Чего я хочу? Попробуй прочитать мои мысли, моя маленькая рабыня…

Я тянусь к его ремню, резко дергаю в сторону, расстегиваю пуговицу. Его твердый толстый член передо мной во всей красе. Я разглядываю его и мне нравится то, что я вижу — напряженные вены, налитая кровью головка. Я смотрю на моего стального босса снизу вверх и открывая рот провожу языком по всей длине. Алекс сглатывает, и я слышу его сиплый стон.

Мой язык закручивается вокруг головки, облизывая, пробуя, дразня.

Мне кажется, я вошла во вкус. Это так возбуждает, я чувствую, что уже готова принять его, но пока у меня другие планы. Я беру его в руку, поглаживая, начинаю заглатывать глубже, как только могу. Алекс кладет руку мне на голову направляя. Я всхлипываю — это лучше, чем я могу себе представить. Он вводит в мой рот свой член до упора, заставляя меня задыхаться, но мне это нравится, я облизываю его, втягиваю губами головку, глотаю глубоко, я полностью поглощена этой игрой.

Когда-то мы обсуждали минет с подругами, я говорила — вернее во мне говорило неумение и юношеский максимализм — что это неприятно и гадко и женщину это унижает, а наша разумная Марина посмеялась и сказала, что когда женщина делает минет, она королева, потому, что это не она стоит перед мужчиной на коленях, а он образно стоит на коленях перед ней, и в ее власти сделать его счастливым.