Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Почему она не приходит в себя? Она же была в сознании, плакала на моих руках, что произошло, что эти твари с ней сделали?

Отвожу взгляд от малышки, цепляюсь за каталку на которой её сюда привезли и замираю истуканом. Так, где Мила лежала головой, лежит клок её волос. То-ли стон, то-ли всхлип вырывается из горла, ноги подкашиваются, пошатываясь подхожу к стене и буквально сползаю по ней вниз, пальцами пронзаю свои волосы, сжимаю кулаки, готов скальпель с себя содрать. Как больно было моей девочке!

Это Алина! Это она, сука! Ну нечего тварь, я доберусь до тебя, всю оставшуюся жизнь быть тебе лысой.

"Тихий и протяжный стон простреливает всё тело, вскидываю голову вверх, упираюсь взглядом в Милу. Пришла в себя! Подрываюсь к любимой, спотыкаюсь, падаю на колени, вновь встаю, рвусь вперёд. Милана не понимает где она, пытается встать.

- Тихо-тихо, малышка, лежи, сейчас, родная, подожди, - обхватываю её за обнажённые, хрупкие плечи, на Миле только трусики, всё остальное заставили снять.

Вскинув на меня взгляд, замирает, глаза наполняются влагой, губы начинают дрожать.

- Тишшш, не плачь, все позади, теперь всё будет хорошо, больше никто не обидит, - шепчу любимой, не сдерживая скупых слёз.

Она не говорит, прикрывает глаза и сотрясается всем телом под беззвучный плач. Всё, что с ней произошло не просто так забыть, эта боль очень долго будет в её душе.

Из-за закрытой металлической двери выходит рентгенолог, окидывает нас внимательным взглядом.

- Пришла в себя, это хорошо, снимки я отправила доктору, можете одевать девушку и возвращаться в приёмную, там дальше скажут, что делать, - говорит дама в годах и обратно уходит к себе в кабинет, прикрывая дверь.

Мила крутит головой, явно ищет свои вещи, отпускаю её, отхожу к каталке на которой лежат её вещи, беру их и возвращаюсь обратно. Хочу помочь одеть малышку, но она качает отрицательно головой, протягивает руки к спортивному костюму. Он грязный, но переодеться пока не во что. Отдаю малышке её вещи, она не хочет принимать мою помощь, приходится отступить на шаг назад.

Милана практически обнажена, её грудь, что значительно стала больше после родов, колыхается при каждом движении девушки, стараюсь не смотреть, не стеснять малышку. Она даже не пытается прикрыться, видимо настолько плохо и больно, что сейчас ей всё равно в каком она виде, и кто перед ней.

Бюстгальтер откладывается в сторону, спортивная мастерка на голое тело, следом штаны. Движения медленные, Мила морщится.