Пошел вон, Чернов! читать онлайн

— Бестолочь, — выдаёт Руслан, вручает мне кота, которого я тут же к себе прижимаю.

— Ааа! — вскрикиваю от неожиданности, когда Чернов подхватывает меня на руки вместе с котом. — Отпусти меня! — возмущенно требую я.

— Не дергайся! Я ещё тебя сейчас выпорю за то, что бегаешь по морозу босиком! — несёт нас с котом в дом…

Глава 9

Ярослава

Кот действительно ухоженный и упитанный. Такая обаятельная, наглая рыжая морда. На Чернова чем-то похож.

Мы с котом в спальне, кутаю его в плед, отогревая. Чернов где-то внизу.

Ну окей, не выпустит Руслан меня неделю-другую. Отец и Коган все равно меня найдут.

Что это изменит в наших отношениях?

Ничего.

Даже усугубит. Его либо Коган нагнет за то, что умыкнул у него невесту. Либо менты – за похищение и удержания человека. Идиот. Жил бы себе спокойно, ребенка воспитывал. Нет, подавай ему Ярославу Андреевну.

Вздыхаю, поглаживая кота за ушами. Мурчит.

— Ну и как тебя зовут? — интересуюсь у кота. — Будешь пока Русом, — усмехаюсь.

Завтра тридцать первое декабря. Новый год. После свадьбы мы с Коганом должны были лететь на Мальдивы и праздновать Новый год там.

Вообще, если отстраниться от всего этого сюра, который устроил Чернов, мне нравится идея праздновать Новый год здесь. Тут красиво, как в зимней сказке. Такой антураж.

Дверь приоткрывается, стреляю глазами в Руслана, который заходит в спальню с гитарой в руках.

Отворачиваюсь, продолжая поглаживать кота. Чернов садится в кресло возле окна, начиная перебирать аккорды.

— Скука смертная, — вздыхаю я. — Телевизор здесь есть? Или книги?

Руслан качает головой.

— Есть «цирк», — цинично улыбается. И начинает играть. Не смотрю на него, но слушаю.

Объективно он хорошо играет и поёт. С такими внешними данными и самоуверенностью Чернов вообще мог бы стать артистом, актером или певцом. Бабы кипятком писались бы.

— Я знаю, я тебя теряю. Я знаю, что это навсегда! — с легкой хрипотцой поёт он. В этой песне красивое гитарное соло.

А по моей коже бегут мурашки. И так тоскливо становится и горько. Боже. Это так же болезненно, как и раньше.

Почему время не лечит?

— Хватит! — грубо приказываю. Замолкает, прекращая играть. Смотрит на меня пристально. — Не хочу больше тебя слышать! Раздражает! — прикрываю свою тоску грубостью.

Чернов откладывает гитару на пол, прислоняя ее к стене.