Пиранья читать онлайн

– Комаров наверняка под наружкой, хочешь, чтобы и тебя таскали? – прошипела Лена. – Андрея вот-вот переведут во внутреннюю тюрьму ФСБ…

– Уже, – коротко сказала Юлька, снимая туфли.

– Что – уже? – не поняла Лена.

– Уже, говорю, перевели, сегодня. Собственно, Игорь это и ускорил.

– Как? Но зачем?

– Лена, я не знаю подробностей. Но он сказал, что так будет спокойнее. Игорь категорически настаивает, что Андрей не причастен к нападениям.

– Надо же! – с сарказмом произнесла Лена.

– Прекрати, – поморщилась Юлька, – ты злишься, что у него возможностей побольше, чем у тебя, хотя ты следователь, а он бизнесмен.

– Ну, еще бы – когда у тебя столько денег, что угодно можно провернуть.

– Хватит, я сказала! Он не сделал ничего во вред Андрею, наоборот. И перестань на меня орать, я в душ и обратно, не засыпай пока.

Лена положила телефон на зарядку и задумалась. Комаров сумел надавить на кого-то, и Андрея переводят во внутреннюю тюрьму ФСБ – там, конечно, условия получше, но это все равно тюрьма.

Она так и уснула, не дождавшись возвращения Воронковой.

Перед тем, как ехать в Управление ФСБ, Лена все-таки заскочила на работу, чтобы предупредить Шмелева о том, куда и зачем ее вызвали.

Шмелев, выслушав ее, вдруг вздохнул:

– Ты только там не темни, как здесь.

– Что вы имеете в виду? – удивилась Лена.

– Почему ты не сказала, что раны на теле банкира Котова один в один совпадают с теми, что обнаружены на сгоревших трупах, по которым дело в твоем производстве?

Лена опешила. Она не сказала Егорову, откуда же Шмелев это узнал? Неужели Левченко проболтался, ведь только с ним она это обсуждала? Но когда успел?

«Я ему уши оторву, паршивцу!» – внутренне вскипев, подумала она.

– Николай Иванович… – начала она, но Шмелев перебил:

– Я вчера ваши справки до ночи читал, аж глаза заслезились! И что я там вижу? То, чего вы не заметили? Или – кто-то заметил, но промолчал? Зачем, с какой целью?

– Николай Иванович, я хотела все проверить еще раз, может, просто совпадение…

– Ты чего, Ленка, как школьница, оправдываешься? Я же понимаю.