Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Оно обладает насыщенным вкусом и ароматом и, кроме того, еще и необычайно полезно. Вы какое хотите? У нас есть яблочное с клюквой, тыквенное с айвой и облепиховое.

– Я с айвой, – сообщила Ника.

– А я с клюквой, – попросил Митя, дошагал со своей ношей до стула в столовой, куда их провели хозяева, и бережно усадил партнершу на стул. – А ты, Клав?

– А я все буду, – мрачно ответила она. – Мне теперь вес перед соревнованием держать без надобности. Митька, ты прости меня, дуру, что я так тебя подвела!

– Вы обязательно должны нам все рассказать, – сказала Елена Андреевна, споро и ловко накрывая на стол.

– Мы, признаться, так и не поняли, как эта бедная девочка оказалась на улице, откуда она сбежала и как повредила ногу. Было ясно, что она в беде, поэтому мы, разумеется, поспешили помочь, но нам все же интересно, что случилось. И при чем тут ты, Никочка.

– Да, а ты, кстати, кто? – спросила Клавка, глядя на Нику сузившимися глазами.

Митина партнерша была той еще собственницей, и любая его пассия обязательно проходила через ее строгое согласование.

Вот только слушать ее сейчас Митя вообще не собирался. Он уже точно знал, что никуда Веронику Юдину из своей жизни не отпустит, что бы там Клавка ни думала.

– Сейчас мы все вам расскажем, – заверил он.

И они действительно все рассказали.

Клавка поведала свою часть приключений. Два дня назад ей позвонила Мария Березкина и предложила приехать в гости, чтобы обсудить очень важный вопрос, касающийся Мити и его долгов. Мария велела сохранить свой визит в строгой тайне, и Клавка послушалась.

"– Вот ты дурында, – мягко упрекнул ее Митя. – Позвонила бы мне, я бы ни за что тебя не отпустил или с тобой бы поехал, и не сидела бы ты сейчас с перевязанной конечностью.

– Я не ждала подвоха, – сказала Клавка, шмыгая носом, и поморщилась, видимо, подвернутая нога болела.

Когда она приехала в Рождественский, то оказалось, что в огромном доме они вдвоем, не считая прислуги. Мария предложила Клавдии отказаться от участия в «Осенней Москве», предложив за это вполне весомую компенсацию – три тысячи долларов.

– Ты же понимаешь, что я не откажусь, – сказала ей Клава. – На кону Митькины пятнадцать тысяч долга, и кидать его из своего шкурного интереса я не буду. Я понимаю, ты хочешь ему отомстить за то, что он тебя бросил, но мне ему мстить не за что. Так что извини.

– Да в том-то и дело, что не угрожает ничего твоему Митьке, – засмеялась Мария. – Я в этом пари на его стороне. Просто я встану с ним в пару вместо тебя.