Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Я провожу вдоль него, наблюдая, как покалывает его кожа от моих прикосновений. Когда достигаю подвески, то провожу по отполированному дереву большим пальцем.

Все это время Дрю наблюдает за мной, его взгляд настороженный, уязвимый. Но когда парень начинает говорить, кажется, что он специально открывается передо мной.

- Это кусок дерева от косяка входной двери дома моих родителей, - его ресницы прикрывают глаза, скрывая затаившуюся в них боль. - Таким образом, я всегда ношу с собой кусочек моего старого дома.

Дерьмо.

Он медленно вырезает свое имя у меня на сердце. И это больно. Я хочу нагнуться над ним и укрыть его тело своим. Но щеки парня краснеют, а шея на секунду напрягается, словно он сожалеет о своем признании.

Я кладу свою ладонь на подвеску, прижимая дерево к его твердой груди. И когда наконец могу говорить, справившись с нахлынувшими эмоциями, то произношу:

- Сейчас я буду массажировать твое лицо.

- Мое лицо? - повторяет он, словно я предложила поковыряться своим пальцем в его носу.

Я сдерживаю смех.

- На лице человека еще больше нервных окончаний, чем на руках, - опуская руки на его плечи, я растираю их, постепенно перемещаясь к шее. Ему это нравится, и его тело расслабляется на диване.

Веки Дрю трепещут, словно он хочет их закрыть. Мои руки перемещаются к его челюсти, а затем ослабляют напряженность у парня на лбу.

- Все в порядке. Закрой свои глаза.

И когда он закрывает, я легонько пробегаю подушечками пальцев по его лицу, ощущая его сильные, четкие черты. Странно, но я всегда считала, что привлекательность Дрю основана на его внутреннем свете, умении держаться в обществе и эмоциональной яркости.

Но, Боже, как же он красив.

По сравнению с моим лицом, состоящим сплошь из кривых линий, его - это бриллиант, где резные линии и углы сливаются словно грани. Его нос ровный и длинный, расширенный немного по центру, лишь придает парню индивидуальности. Выделяющиеся скулы четко устремлены к его рту, этому вечно улыбающемуся, прекрасному рту. Сейчас его губы расслаблены и выглядят немного надутыми.

Челюсть правильной формы и абсолютно симметрична как и щеки.

Сильно и жестко надавливая, мои пальцы проводят линии по его лбу, натягивая кожу от центра к вискам. Нечеткий, волнообразный свет от лавовой лампы отбрасывает глубокие синие и серые тени на его кожу.

- Продолжай со мной говорить, - шепчет Дрю.

Я замираю.

- Разве шум не усиливает твою головную боль?

Густые ресницы порхают вверх, отбрасывая тени на его щеки.

- Твой голос - это не шум.