Моя в наказание (СИ) читать онлайн

Да и судя по речи — ребенок туристов.

Она снова запрокидывает голову и отчаянно плачет в небо."

"Я опускаюсь перед ней на корточки.

— Эй, привет… — Надо улыбнуться и сыграть доброго дядьку. Потому что хмурых дети боятся. Правда они вообще дядек должны бояться, если у мамом ум есть. Но насчет этой у меня сомнения. Как такую кнопку можно было потерять?

Кнопка опускает взгляд. Смотрит на меня. Икает.

Качает мне кровь вместо сердца. Чего вдруг качает?

На меня смотрят зеленые-зеленые глаза. Красивые. Как и волосы.

— Салам, — малышня здоровается, я улыбаюсь.

— Салам. Ты откуда такая?

— Из Пантенола, — ребенок отвечает уверено. Успокаивается быстро. Вот и умница. Видно, что боец.

— Из Пантеона?

— Да, Пентагона.

Опять улыбаюсь.

— А мама где? В Пентагоне или Пантеноле?

Своим вопросом ставлю малышню в затруднительное положение. Она зависает. Думает.

А я злюсь и глаз оторвать не могу. С чего вдруг, блять? С чего вдруг?

— Там, — малышка выкручивается, указывая пальцем на Пантеон. Он огромный, внутри толпы и толпы.

Возвращается взглядом ко мне, снова чуть не плачет.

Чужих детей трогать нельзя, я знаю. Я ж как-никак юрист, но с этой действую интуитивно.

Тянусь к носу и щелкаю. Она отвечает растерянным: «ой», я улыбаюсь — она улыбается.

Мне кажется, делает это как-то знакомо.

— Мобильного нет?

Мотает головой. Тупо, но это претензия не к ней.

— А мамин номер может?

Активно кивает.

— На кофточке.

Тычет куда-то за спину, я плюс-минус понимаю. Разворачиваю ее аккуратно и достаю бирку. Там правда есть данные на английском. Ну хоть тут слава яйцам. Додумались.

Читаю: Сафие.

Красивое имя. У меня мать так звали. Она умерла в прошлом году. Мы успели увидеться. Может поэтому девочка трогает?

— Чья ты такая, Сафие? — спрашиваю, перепечатав номер на мобильный и вернув ребенка к себе.

Смотрю в лицо и продолжаю видеть сходство. Даже тревожно. Может это просто национальное?

— Мамина.

Улыбаюсь.

Держу палец над кнопкой вызова, но медлю, не жму.

— А папа где? — Не мое дело вообще. Сам не знаю, зачем спрашиваю.

Девочка тяжело вздыхает и устало объясняет тупенькому мне:

— Нет у меня папы. Только мама и Аллах. Он нас от всего бережет.

Звучит как-то обреченно и по взрослому.