Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Мы замираем глядя в глаза друг другу, зачем слова, когда столько эмоций. Потом можно будет и поговорить, а пока, я хочу просто чувствовать.

***Теперь Егор приезжал к нам каждый день после обеда и оставался до самого вечера. Утром он решал какие-то свои дела, а все остальное время уделял мне и детям. Были у меня подозрения, что он еще и по ночам работал, чтобы потом весь день посвятить нам, но я никому их не озвучивала.

С тех пор, как он приехал и с момента нашего поцелуя возле машины, прошел месяц.

Он ни разу за это время не пытался перейти черту, и наши отношения сейчас очень напоминали букетно-конфетный период. Как подростки, честное слово.

У меня складывалось такое впечатление, что Егор меня снова завоевывал. Только действовал совсем никак в первый раз. Маленькими шагами двигался к цели, без напора и своей привычной наглости. Теперь я чувствовала, что все было для меня и ради меня. Он даже научился адекватно реагировать на Пашу и не скрипеть зубами каждый раз, когда они с семьей приезжали к нам в гости.

"Мы с ним ходили в театры, рестораны или просто на прогулку, после чего он неизменно возвращал меня домой, коротко целуя в губы на прощание. И мне это очень нравилось, почему-то именно такой формат отношений заставлял чувствовать себя особенной. Конечно, сексуальное желание никуда не делось, между нами до сих пор искрило и полыхало, и я видела, с каким трудом Егор сдерживает себя, но в этот раз хотелось все сделать правильно и никогда больше не возвращаться к ошибкам прошлого.

Мы с ним поговорили. Обо всем. Я рассказала подробно, как жила, когда беременная ушла из его дома, он рассказал, как жил после того, как вернул мне Матвея. Знаю, что рассказал очень избирательно и далеко не все, но и я сама примерно понимала, через что ему пришлось пройти.

Мне мама рассказывала, каким страшным человеком был его тесть. Про то, что они с дочерью погибли, я узнала сама, видела в новостях, еще тогда у меня в голове крутились мысли о том, как же поступит Егор.

Останется жить там, как единственный наследник и приемник или вернется домой. Вернулся. Ко мне, к детям, к родителям.

Егор очень осторожно спросил меня про Алекса, а я видела, каких трудов ему стоило принять новость о том, что я до сих пор с ним работаю. Лицо оставалось беспристрастным, его выдал только взгляд, острый, жалящий, пронзительный. Но потом он быстро взял себя в руки и больше мы этой темы не касались.