Мертвый остров читать онлайн

У японцев всюду глаза и уши, тут их не обманешь. И прокатиться тоже придется. Но недалеко…

Надворный советник подъехал к дому, бросил поводья казаку и шумно ворвался внутрь. Вид у него был непритворно злой. Навстречу выбежал лакей Ажогин.

– Где немец? – рявкнул Лыков. – Пусть пива принесет. Холодного!

Через минуту в кабинет зашел Буффаленок с пивом. Лыков подскочил к нему и произнес скороговоркой:

– Прости, так надо!

Отобрал бутылку и выдал парню увесистую затрещину. Тот полетел кубарем, сшибая стулья.

– Я сказал – холодного! А ты какое принес, колбасник?

На шум в дверь просунулись головы прислуги.

Лыков пнул табурет, потом грохнул по стене кулаком так, что свалилась висевшая на ней олеография.

– Чего вылупились? Тумаков захотели? Зажрались, страх потеряли! Я вас научу! Всех научу!

Дворня оцепенела. Таким хозяина они еще не видели. Между тем тот начал приходить в себя.

– Ажогин!

– Я, ваше высокоблагородие!

– Лети в лазарет, приведи сюда доктора Пагануцци.

– Слушаюсь!

– Гезе!

– Я! – вскочил с пола Фридрих и ухватился за стол – его мотало.

– Чего еще там? Со щелчка качаешься? Пиво у тебя теплое, неси водки.

– Слушаюсь.

Лыков разогнал всех с поручениями. Вскоре вернулся Буффаленок, поставил графин с водкой и спросил шепотом:

– Что случилось, Алексей Николаевич?

– Мы попали в засаду. Голунов у японцев в аманатах[77]. Меня отпустили, чтобы я перевел Царя со свитой в лазарет.

Федор слушал молча, напряженно.

– Сейчас я скомандую Пагануцци положить «иванов» в лазарет, всех троих. Сам якобы отправлюсь в Тарайку. Ребята из лазарета сбегут. Тебе поручается следить за ними.

– Отсюда?

– Нет. Не зря же я тебя поколотил. Явится доктор, я попрошу тебя осмотреть. Все видели, как тебе досталось. Жалуйся на тошноту и головокружение. Пагануцци предложит и тебя отправить в лазарет, я разрешу.

– Понял. Где мне вас искать?

– У акушерки Инцовой.

– Где-где?

– Нету у меня другого укрытия!

– Понял.

Тут послышались шаги, и Алексей спешно припал к стакану с водкой.

Дальше все пошло как задумывалось. Явился запыхавшийся Пагануцци. Лыков выдал ему письменное разрешение на госпитализацию троих каторжных разряда испытуемых: Козначеева, Мурзина и Шельменкина. Доктор с изумлением прочел бумагу, но спросить, отчего такие вольности, не решился.