Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Воздух в комнате стал обжигающим, шелковые шторы задымились, а деревянная мебель начала обугливаться по краям.

Зара была прекрасна в своей стихийной силе. Ее волосы развевались от создаваемых пламенем потоков горячего воздуха, кожа светилась в отблесках огня, а глаза горели внутренним жаром.

Я подошел к ней вплотную, не обращая внимания на опаляющее дыхание пламени. Огонь терзал мою кожу, но не причинял вреда — мое тело, закаленное в боях с демонами, выдерживало и не такое.

— Не бойся, — прошептал я ей на ухо. — Я покрепче, чем кто-либо.

Зара потеряла контроль над своей магией, но теперь это было неважно. Пламя окутывало нас обоих, превращая комнату в подобие преисподней, но мне это только нравилось. Зара была горячей женщиной во всех смыслах этого слова."

"Позже, когда мы лежали в обнимку среди дымящихся остатков постельного белья, Зара лениво водила пальцем по ожогам на моей груди.

— Удивительно, — прошептала она. — От такого пламени любой бы умер. А у тебя только легкие ожоги.

— Я же говорил — покрепче буду, — усмехнулся я.

— К тому же мне нравятся горячие женщины.

Зара рассмеялась и прижалась ко мне еще крепче.

— Дарион, — сказала она через некоторое время, и в ее голосе появились серьезные нотки. — Хочу рассказать тебе кое-что. То, о чем я никому не говорила.

— Слушаю.

— Шесть лет назад я пошла в Разлом A-ранга, — начала она медленно. — Он был аномально сложным и отличался от всех остальных. Назывался «Забытые Глубины».

Такие вещи не нуждаются в запоминании, они сами врезаются в память.

— Там я чуть не погибла, — продолжила Зара. — То было место, где реальность работала по другим законам. Я видела вещи, которые не должны были существовать.

Ее голос становился все тише, а рука, гладившая мою грудь, начала дрожать.

— И в самом сердце того места был кристалл. Огромный, размером с человека, пульсирующий тьмой. Я коснулась его… и он почти поглотил мою душу.

Зара замолчала, и я почувствовал, как влага коснулась моей кожи. Она плакала.

— Именно тогда я получила рану, из-за которой перестала быть Охотником, — прошептала она.

— Что-то во мне изменилось. Что-то темное и опасное. Я думала, что схожу с ума.

Я обнял ее крепче, потому что она нуждалась в этом. Было видно, что ей хотелось хоть кому-то об этом сказать, и в этот момент Заре хотелось поддержки, которую я был готов оказать.

— Больше никто об этом не знает? — спросил я наконец.

— Никто, — подтвердила она. — Только ты.

Мы еще долго лежали в тишине, каждый думая о своем.