Новый приступ. Сейчас несколько дней таких будет. По прошлому году помню. А потом зимняя спячка настанет. Операции будут только в жилых кварталах, когда кого-то где-то обнаружат, и то нечасто. Но там больше без нас обходиться будут, полиция и «краповые» своими силами. Тебе, как я понимаю, есть что рассказать?
– Есть немного, товарищ майор. Капитан Нурмагомедов на хорошую мысль навел.
– Что за капитан? А… Помню… Слон такой… Пол под ним прогибается… Только, боюсь, не удастся тебе все подробно рассказать.
Половину твоей роты я уже отправил с Медведем, а сейчас с нас вторую половину требуют отправить. Во время бандитского обострения шизофрении сил у местных властей не хватает. Твои оставшиеся три взвода на занятиях, снимай по тревоге.
– А что командир? – спросил Шереметев. – Возражать не будет?
– Он сам приказал с тобой отправить.
– Я готов, – выпрямился Шереметев.
– Снова в сторону Махачкалы двинешь. Дорогу ты освоил. В пригородном поселке Редукторный из гранатометов расстреляли в окна местное отделение полиции.
Стреляли из двух машин, с двух сторон, из «РПГ-7», осколочными гранатами. Обстреляли и уехали. Обстрела из автоматического оружия не было, только одна очередь в воздух, когда народ на улице стоял, чтобы пугнуть их. В каждой машине было по четыре человека. Значит, всего – восемь. Машины нашли брошенными на дороге неподалеку от самой Махачкалы. Но у полиции слишком мало сил для прочесывания леса. Всех, говорят, по разным районам разогнали.
И потому вызвали авиацию, нанесли по лесному массиву несколько бомбовых атак. Как прошла воздушная атака, мы не знаем. Как летчики определяли цели, тоже не знаем, корректировать направление обстрела было некому. Ничего мы не знаем. Знаем только район и приказ к выступлению. Нужно прочесать массив и, если кто-то попадется, уничтожить или захватить. Лучше уничтожить. Если никто не попадется, поискать жертвы. Может, пилоты и точно стреляли. Я не знаю, но даже такой вариант предположить могу.
Хоть что-то от бандитов в этом случае может и остаться. Там сейчас есть легкое полицейское оцепление, но только легкое, не способное к активным действиям. Вот карты, только что получил…
Майор Коваленко раскрыл наконец-то свою папку, у которой замок заело, и вытащил карту. Шереметев схватил ее так, словно от этой карты зависела его судьба.
– Что ты? – спросил майор в ответ на такое резкое движение.
