Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

"— Ну… ты никогда… ты, кажется, не говорил… — она разочарованно выдохнула и пробормотала: — Давай не будем сейчас об этом говорить.

Ну уж нет.

Теперь, когда мы помирились, когда я был уверен, что Ксюша принадлежала мне, я больше ни секунды не буду сдерживаться.

— Пойдем-ка в мою комнату, — сказал я, вставая с дивана вместе с Ксюшей на руках.

— Что? — почти закричала Ксюша.

— Я не собираюсь ждать, пока мы поженимся, Ксюша, — я вышел из гостиной и пошагал по коридору. — Я не хотел спать с тобой, потому что знал, что в конце концов мне придется бросить тебя.

Но теперь, когда мы подтвердили наши чувства, мы отправляемся в мою комнату скреплять нашу любовь.

— Леш, ты же не хочешь сказать, что мы сделаем это прямо сейчас? — в ужасе спросила она. — Сначала нам нужно решить некоторые вопросы и…

Я заглушил ее протесты своим поцелуем и вскоре почувствовал ее смех на кончике своего языка.

Глава 39

39.1. Это твое…

POV Ксюша

Поцелуй был глубоким, с языком, было много языка, как его, так и моего.

Мы с Лешей были в его комнате, но еще не успели добраться до его кровати. Он прижал меня к двери, сводя с ума своими нежными ласками и поцелуями, пока его язык ласкал и уговаривал меня на сладкий грех.

Я чувствовала покалывание во всем теле, сердце бешено колотилось, а желудок трепетал. Вцепившись в его плечи, я с трудом стояла на ногах.

Поглощенная желанием, которое Леша во мне вызвал, я даже не понимала, что он делал, пока он не стянул мой свитер через голову. Я машинально скрестила руки на груди, внезапно почувствовав смущение.

Он усмехнулся при виде этого.

— Я уже все видел, ты же знаешь.

— Знаю, — сказала я и мои щеки вспыхнули. — Но в этот раз все по-другому.

— По-другому, потому что ты трезвая?

Прежде чем я успела ответить, он снова стал целовать меня, попутно стягивая с меня одежду. Прежде чем я успела попросить его так не торопиться, ведь несмотря на явное желание я чувствовала еще и волнение от происходящего, было уже слишком поздно — я оказалась раздета до трусиков.

Как ему так ловко удалось снять с меня джинсы, было выше моего понимания.

Себя он тоже раздел, оставив лишь боксеры. Я поняла это, когда он снова подхватил меня на руки и отнес на свою кровать. Я вздохнула от тепла его тела, прижавшегося к моему, и застонала в знак протеста, когда тепло исчезло и я оказалась на его мягкой, но холодной постели.

Он навис надо мной и мой взгляд зацепился за его плечи, грудь и татуировки на его коже.