Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Щеткой из верблюжьей шерсти камердинер стряхнул с темной шерстяной ткани все до единой пылинки, поправил у хозяина узел на галстуке и вручил ему шелковый носовой платок цвета бургундского вина, который Винченти сунул в карман пиджака.

В изысканном костюме его тело весом в полтора центнера выглядело вполне прилично. Модельер-консультант из Милана, находившийся на содержании у Винченти, убедил его в том, что темные цвета не только придают ему властности, но и отвлекают внимание от его непомерных габаритов.

А это было не так-то просто. Все в Винченти было большим: похожие на мешки щеки, покатый лоб, нос картошкой. Но он любил хорошо поесть, а садиться на диету казалось ему кощунством.

Он подал знак, и камердинер прошелся щеткой по его шнурованным ботинкам от Лоренцо Банфи. Винченти бросил последний взгляд в зеркало, а затем посмотрел на часы.

— Сэр, — заговорил камердинер, — она звонила, когда вы принимали душ.

— По частной линии?

Камердинер кивнул.

— Она оставила номер?

Камердинер сунул руку в карман и вытащил клочок бумаги.

Винченти успел немного поспать и до, и после заседания Совета. Сон, в отличие от диеты, не являлся пустой тратой времени. Винченти знал, что его ждут люди, и ненавидел опаздывать, но сейчас все же решил потратить несколько лишних минут на телефонный звонок. Он позвонит из своей спальни. Не имеет смысла оповещать о своих делах весь мир с помощью сотового телефона. Камердинер удалился. Винченти подошел к телефону на прикроватной тумбочке и набрал код международного соединения, а затем — записанный на клочке бумаги номер.

После третьего звонка ему ответил женский голос.

— Я рад, госпожа верховный министр, что вы все еще среди нас, живущих.

— А я рада, что ваша информация оказалась точной.

— Я бы не стал беспокоить вас ради каких-нибудь фантазий.

— Но вы до сих пор не сказали, откуда вам стало известно о готовящемся покушении на меня.

Три дня назад он сообщил Ирине Зовастиной о планах флорентийца.

— Лига заботится о своих членах, а вы, госпожа верховный министр, являетесь одним из самых важных.

Женщина усмехнулась.

— Вы само обаяние, Энрико.

— Вы выиграли в бускаши?

— Конечно. Дважды в течение одной игры. Мы оставили тело убийцы лежать на траве, и кони копытами буквально разнесли его в клочья. Теперь тем, что осталось, лакомятся птицы и собаки.

Винченти непроизвольно моргнул. В этом-то и заключается проблема Центральной Азии.