Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Будешь переживать за него, Альви-самозванка?

— Аглая! — выплюнула я, испытывая желание вцепиться в эту самоуверенную физиономию и расцарапать ее.

— Аглая тебе подходит больше, — водный сложил руки на груди.

Да ты что⁈ Язвительное замечание я удержала внутри, препираться с ним точно не входило в мои планы. А вот что-то сделать я должна была. Просто обязана!

— Значит, ты хотел меня утопить в море, — подвела итог я. — Тот шторм, когда мы плыли в Лавуаль, тоже не на ровном месте разошелся в разы сильнее? Капитан был прав, мы бы прошли, но ты…

— Да, — вздохнул Вальден, — смерть Искры Императора, которая только что потеряла ребенка, тоже могла сыграть мне на руку.

В конце концов, подобное жестокосердие было бы не в копилку народной любви для твоего Натаниэля, но…

— Но я сумела спастись.

— Чем здорово меня заинтересовала, — подвел итог адмирал.

— С горы-то ты зачем меня скинул? — В мой голос невольно просочился сарказм, который мог посоперничать с его. — Тоже из интереса ко мне?

— Чтобы посмотреть, на что еще способна твоя искра.

Я привык изучать все переменные перед тем, как действовать. К сожалению, она не вытянула новое спасение, но притянула Натаниэля, и это тоже было интересно."

"— К сожалению, со всеми переменными ты не справился. — Надо его вывести из себя. Раздражение и ярость — плохие советчики. Не могу жмякнуть его магией, жмякну хоть так. Все хлеб и помощь Натаниэлю. — Потому что я выжила, ребенок выжил, и вообще полный облом.

— Ну не скажи. Смерть императора, его вдова, беременная наследником, у меня в плену… думаю, власть моего братца после такого пошатнется.

А моя укрепится, поскольку я разрушу то, что давно не мог уничтожить — Вейсмейстрию. Правители которой возомнили, что они способны бесконечно подгребать под себя земли и провозглашать себя империей. К тому же, никто не мог предсказать твоего появления, милая Аглая. Это та переменная, которую никто бы не смог предсказать. Думаю, ребенок выжил исключительно потому, что в теле Альви оказалась ты.

Кстати, каким образом?

— Умираешь от любопытства?

— Не переживай за мою жизнь, я намерен жить долго и счастливо.

Вальден замер, словно прислушиваясь к чему-то, потом кивнул:

— С тобой очень приятно общаться, ты любишь дерзить. А я люблю дерзких. — Его взгляд скользнул с моего лица на мою грудь. — Продолжим после того, как я убью твоего мужа.

После разговора с Барви Натаниэль рассчитывал, что Вальден проявит себя быстро.