Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

– Кхм, а по виду и двадцати нет… – бросает в мою стороны косые, резкие взгляды, оценивая снова и снова, а я сжимаюсь практически в комочек под натиском его удушающей силы.

Следующая пара часов проходит в гробовом молчание под спокойную музыку и шелест колёс по асфальту. Тишина откровенно напрягает. Я понимаю, что всё не так и не то, но Осман мог сказать сразу, мы бы что-нибудь придумали, однозначно.

– О чём думаешь? – Неожиданный вопрос заставляет подскочить на месте.

– О том, что Роберт прав – мы совершенно не пара.

Любой, кто посмотрит на нас со стороны, обязательно спросит, как мы оказались вместе. Мы ещё можем вернуться и обдумать другие варианты.

– Не можем. Дороги обратно нет. Делаем всё, как договаривались. Ну… а то, что не подходим друг другу, так это в плюс. Дед мои предпочтения знает, я бы блондинку не выбрал, а то, что мы вместе такие разные – значит любовь настоящая, и всё по серьёзному. Сыграем на контрасте.

– Уверен? – Сомнения всё же имеются.

– Абсолютно. Главное, ты не подведи.

– Обещаю, постараюсь, словно это мой выпускной экзамен. – Хочу сказать «вот те крест», но вовремя осекаюсь, вспоминая, что Осман мусульманин.

– Ладно. Я начну первый. Басиров Осман Дамирович, тридцать восемь лет, день рождения, – большой мужчина откровенно мнется, – восьмого марта…

Серьёзно смотрю на него и жду продолжения рассказа.

– Что? Даже не посмеёшься? У здорового мужика днюха в женский день? – смотрит с удивлением.

– Нет. Не посмеюсь, – делаю паузу, – потому что у меня день рождения двадцать третьего февраля.

Смотрим друг на друга пару секунд и взрываемся смехом. Откровенно ржём, понимая, что наша «не пара» прям подобралась идеально. Обстановка немного разряжена позитивными эмоциями, что радует.

– Это тоже плюс – точно не забудем, когда у кого день рождения, – выдаёт Осман и снова становится серьёзным. – Родители погибли в аварии много лет назад, мне тогда было двенадцать, Адилю семь, Сафине пять. Дед полностью взял над нами опеку, воспитывая по своим правилам.

Осман замолкает, и я в полной мере осознаю, почему он так старается оправдаться перед дедом, затеяв весь этот спектакль. Тот не просто дед, а самый родной человек, который воспитал, вырастил внуков, вложив в них душу, силы и время. Именно поэтому Осман так боится разочаровать его, выставить себя в неприглядном свете.

– До двадцати лет жил в Крыму, занимался когда-то в юности боями без правил, мне это нравилось какое-то время.