Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Разговор должен был состояться, но я все откладывала и откладывала…

— Людмила Владимировна, — официантка Маша подошла ко мне с документами. — Тут список зарегистрировавшихся…

— Что такое? — нахмурилась я, — Что-то случилось?

— Нет, я просто увидела знакомую фамилию, как у Ивана, и подумала, что надо вам показать.

Одной из зарегистрировавшихся оказалась мать Люси и Вани. Неужели она действительно так любит острое? Средний возраст участников был около двадцати пяти-тридцати лет, так что ее имя в списках удивило.

С другой стороны, мне все равно нужно было с ней обсудить ситуацию с Ваней.

За прошедшее время она так ни разу и не позвонила мне, а сама не брала трубку. А ведь у меня на мальчика не было никаких документов. Ни медицинских, ни свидетельства о рождении. В новую школу его взяли благодаря протекции Руслана, но и там завуч и директор намекали о необходимости или привести к ним мать для оформления документов, или самим официально взять мальчика под опеку. Школьное руководство хоть и было нечистью, но букве закона следовало неукоснительно.

Я даже съездила разок к ней на квартиру, но то ли ее дома не оказалось, то ли она просто не стала мне открывать, и я в итоге временно отодвинула эти проблемы на второй план, погрузившись с головой в дела клуба.

Поздно было рассуждать о том, справлюсь ли я, но ведь в скором времени сама должна была стать мамой.

Приложив руку к чуть округлившемуся животу, представила, как чувствую шевеления внутри. Да, сейчас для них еще рано, но мне все равно казалось, что ощущаю там малыша.

К тому времени, когда мы начали запускать людей, перед входом собралась внушительная толпа. Было много журналистов, для которых в небольшом городе подобное мероприятие было целым событием и отличным инфоповодом.

Люсину мать увидела почти сразу, как она вошла в здание.

Женщина выглядела не слишком опрятно: бесформенная кофта, выглядывающая из расстёгнутой безразмерной куртки; сальные волосы собраны в хвостик; цвет лица какой-то серо-желтый; какие-то пластмассовые бусы.

Увидев меня, она отделилась от толпы конкурсантов и чуть не сбежала — я успела перехватить ее на выходе. Ухватила за плечо, завела в подсобку, чтобы поговорить без лишних глаз и ушей.

Не хватало еще, чтобы кто-нибудь увидел, как меня трясет от общения с этой женщиной. А ведь она мне еще даже пары слов не сказала.

— Люсенька… А я ведь тебя сюда пришла повидать, — заявила она, старательно отводя глаза. — Увидела тебя по новостям, где про конкурс говорили.