Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Мне нужно было закончить дела с домом его детства. И подарить уже наконец. Я хотела сделать это до первой химии — боялась, что она подействует на меня слишком сильно и я потом не смогу выглядеть достаточно счастливой.

Поэтому мы с Аришкой договорились, что привезём папу в его дом в ближайшую субботу.

Через три дня.

139

Вадим

После празднования Первого сентября я очень хотел заманить Лиду в кафе, чтобы…

Чтобы что?

Нет, никакого чёткого плана у меня не было и в помине. Я не собирался сидеть и обсуждать с ней произошедшее (или чуть не произошедшее?) между нами после дня рождения Арины.

Что там обсуждать. Всё и так понятно.

Да и сколько можно себя обманывать?

Я люблю Лиду уже много-много лет, и даже под весом предательства, которое она совершила, ничего не изменилось.

Предательства или проступка? Огромная разница.

В ноябре прошлого года у меня не было сомнений, как называть то, что сделала Лида. Долгие месяцы я убеждал себя, что, раз уж жена ушла от меня, значит, и не любила вовсе, решив заявить мне об этом самым худшим из возможных способов — совершив предательство.

Но сейчас, и наблюдая перемены, произошедшие с Лидой, в первую очередь под влиянием её усердной работы над собой, и зная, что она раскопала в потёмках своей души во время сеансов с психологом, и видя, как она ведёт себя со мной, я всё больше и больше готов был считать её измену проступком. Глупой выходкой, ошибкой… Да, ошибкой, на которую способен любой человек. И даже тот, кто искренне любит.

А она любит.

Как никто не любил меня раньше и никто не будет любить потом.

Я не мог отделаться от мысли, что искренность чувств Лиды особенно ощущается через подарки, которые она делала в минувшие месяцы. В них было так много чуткости. Не манипуляции чувствами, а именно неподдельной любви от человека, который знает меня так, как может знать только неотъемлемая часть меня.

Особенно я это ощутил, когда Лида подарила акварель мамы. Я не думаю, что когда-нибудь кто-нибудь сможет превзойти этот подарок. Даже сама Лида.

Да, возможно, если бы 1-го сентября мне удалось заманить Лиду в кафе, я бы сказал ей всё как есть и, наверное, даже предложил дать нам второй шанс… Но что-то пошло не так.

То ли решимости не хватило, ведь я почти год убеждал себя, что ничего у нас больше не может получиться и я не смогу её по-настоящему простить.

А ведь я простил. Я чувствовал это всем сердцем.

Но, помимо прочего, ещё и Лида выглядела немного мрачной и озабоченной делами, и в результате я не стал настаивать.