Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Чья земля тот и отвечает.

Он вышел из избы, а Ольга рухнула на лавку, закрыв лицо руками.

— Что же делать… — прошептала она. — Откуда взять столько денег…

Я сел рядом с ней, положил руку на плечо.

— Эй, разберёмся.

— КАК? — она подняла глаза и поджала губы. — Макс, целый золотой! Где его взять?

Я крепко сжал её руку.

— Найду способ, ведь теперь могу зарабатывать.

В голове уже формировался план. Иглистый ушкан, его иглы, лунный пырей, продажа питомцев… Чёрт! Времени мало!

Очень мало!"

"Сумма огромная, даже не занять столько.

Питомцы в лучшем случае стоили по 10–15 серебряков, да и искать их долго. За целую неделю только ушкана и нашёл, мало их в безопасной зоне!

В доме наступила тяжёлая гнетущая тишина, словно воздух сгустился и давил на плечи. Ольга была сильной женщиной — за все эти годы ни разу не была сломленной. Даже сейчас она держалась прямо, хоть и чувствовалось, что внутри неё бушует настоящая буря.

Ольга резко подняла голову, и в её глазах вспыхнул гнев.

— Макс, ты не понимаешь! — сказала она твёрдо, стискивая зубы.

— Это… это невозможные деньги для нашей семьи.

Она встала и начала ходить по комнате, её шаги звучали тяжело и решительно.

— Я работаю в полях, но даже так зарабатываю мало! А тут столько… сразу…

Я нахмурился, изучая её лицо. А действительно, чего такая сумма?

Что-то не так. В словах Ольги чувствовалась недосказанность, будто она скрывала что-то важное.

— Что-то не пойму, — сказал осторожно, — но ведь налог за землю не должен быть таким огромным.

Даже если сроки изменились, золотой — это слишком много. Да мы пырея продали на сумму меньше!

Ольга остановилась посреди комнаты и отвернулась к окну. Её плечи напряглись.

— Дело не только в налоге за землю, — произнесла она тихо, но отчётливо. — Точнее не в этом. Там ещё… набежало… И…

Она замолчала, сжав губы.

— И что? — настойчиво спросил я, поднимаясь с лавки.

— И долги за лечение, — выпалила она, развернувшись ко мне. — Твоё лечение! Два года я работала и покупала снадобья у Гануса, платила знахарям из соседних деревень, денег на всё не хватало, поэтому просила отсрочку у барона! Ирма помогала, конечно, но недостаточно.

Чего она, думаешь, так хотела, чтобы ты стал Звероловом!

Её голос становился всё тверже, в нём звучала не жалость к себе, а злость на обстоятельства.

— Каждый месяц я отдавала почти всё, что зарабатывала. Всё откладывала на потом, думала — успею, ещё время есть денег заработать.