А дальше опять закрутился гончарный круг, руки привычно звонко шлепают очередную порцию керамической массы на круг, создаётся очередная посудина. И мне это не надоедает. Кстати, вот вспомнила свое первое изделие в том мире — уродливую напольную вазу, которую я в насмешку выдавала бизнес — партнерам Мишки, как вазу династии Мин, или Цин, не помню. И которую потом Мишка и разбил случайно, надравшись до изумления на каком-то мальчишнике. При воспоминании о Мише привычно уже резануло болью в сердце — как ты там, без меня, любимый? Будь счастлив! Я любила тебя, пусть тебе повезет ещё раз, и ты встретишь ту, которая так же безоглядно будет любить тебя! А я буду жить и помнить… Боль была уже привычной, тупой, после нее уже не хотелось немедленно бежать к ближайшему водоёму топиться, просто понимаешь, что будешь жить с этим.
Это как плохо зажившая рана — не трогаешь, вроде и не болит. Но лучше не трогать."
"Следующее утро было тихим и мирным, ни криков, ни скандалов.
Только Дэвена заходила и, смущаясь, попросила ещё мыла. Я удивилась, вчера же она тоже брала мыло, что же они им делают? Для стирки выдавалось другое мыло, сродни нашему хозяйственному, только жидкое, в глиняном горшке. Но дала ей мыло. Потом посмотрим. Далее день помчался вперёд просто сумасшедшими темпами. Приходил Лахлан, осмотрели нужные сараи, там и перестройки немного — сломать одну стену, сделать окно большое, поставить печь, и кое-какую необходимую мебель — столы, лавки, пара стульев со спинкой.
Стеклодувы опираются на нее во время длительного выдувания нужного изделия. Пару рабочих для перестройки возьму из деревни, пока там хватает их и так, а вот печнику придется отвлечься от замковых печей для стеклодувной. С замковыми печами нашли интересное решение, и мастер-печник, увлекшись новинкой, тоже подавал любопытные идеи. На кухне уже готовы были две печи, одна служила плитой изрядных размеров, а другая выполняла функции духовки.
Заодно они обогревали то крыло, где проживали слуги и были другие служебные помещения. Остальные несколько устанавливались в полуподвальном помещении, рядом и системой теплопроводных каналов обогревали остальные помещения замка. Камин остался только в гостиной — и для уюта и для показухи особо любопытствующим гостям. Типа, у нас все традиционно.
После этого опять в гончарню, надо расписанную посуду облить глазурью и на обжиг.
