Дурман читать онлайн

После нехитрых манипуляций Крестовский всучил ей алкоголь и терпеливо подождал, пока она выпьет все.

Влада протянула ему стакан, и когда он забирал его обратно, ловко захватил и кисть девушки. Ну вот… снова начинается.

Стакан упал на пол и не разбился лишь потому, что ковровое покрытие смягчило удар.

На сей раз Влада даже не пыталась вырваться. Захват был не сильным, кости ее не трещали, что уже было хорошо. Но нависшая фигура Крестовского не позволяла забыться.

– Итак, я жду.

Влада смутно понимала, чего он от нее хочет, и, чтобы избежать очередной вспышки ярости, негромко ответила:

– Я не помню своих родителей.

"– А где родители?

– Погибли в пожаре.

Крестовский усмехнулся.

– Ты, надо думать, не пострадала.

– Вроде бы меня успели вынести…

– Чудеса, да и только. Кем были родителями? Только мне сейчас не говори, что людьми.

Влада поджала губы.

– Бабушка говорила, что людьми.

– Как интересно, – насмешливо протянул он, немного ослабляя хватку.

– Кого?! – Влада оказалась настолько удивлена, что даже позабыла о его якобы ненавязчивой ласке. – Инкубов? Нет… Нет-нет.

Для убедительности она закачала головой, отчего мокрые пряди упали на лоб и щеки.

– Да, милая.

Влада открыла рот, чтобы снова заспорить, но, посмотрев на альфу, передумала. Тот говорил абсолютно серьезно, и внезапно она ему поверила. У него не было причин врать. Влада растерялась. Откуда в ней кровь этих самых инкубов? Она с ними даже ни разу не сталкивалась и не горела желанием.

Она не знала, что ответить. Что сказать Крестовскому, чтобы тот перестал прожигать ее взглядом. Молчание, образовавшееся в комнате, давило на Владу непосильной тяжестью.

– Ладно, допустим, я тебе поверил. – Если бы в тот момент крыша нового крепкого здания обрушилась на девушку, она удивилась бы чуть меньше. – Кем была твоя бабка?

– Врачом. Гинекологом.

– Даже так…

– Да. Почему Зияр нас и держал в стае. Вы же… То есть, ты же сам знаешь, как тяжело порой появляются малыши-оборотни на свет. А у бабушки был дар. Когда она принимала роды, ни один малыш не умирал.