Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

– Понимаю, – вздохнул сержант Андрей, снял фуражку и тщательно вытер скомканным носовым платком потную шею. – На рыбалку? Багажник можете не открывать…

Журавлев проехал тридцать метров от зоны досмотра до шлагбаума не спеша, на первой передаче, перед знаком притормозил, как положено, привычно зацепился взглядом за решетчатую башню с антеннами подвижной радиотелефонной связи и только после этого обратил внимание на растяжку с призывом встречать самым что ни на есть ударным трудом вековой юбилей революции.

То ли раньше не было этого полотнища, то ли он его не замечал – непонятно. Вроде и надпись не первой свежести. Вполне возможно, провисела месяц-другой где-то на задворках, а потом ее на передний край перебросили, дабы начальству стала заметней роль профкома и парткома в жизни трудового коллектива. Ну а что? Сто лет – это вам не хиханьки и хаханьки.

Нет, идею глобальных юбилейных торжеств, распланированных чуть ли не на весь ноябрь, Журавлев вполне поддерживал.

Таким долголетием не грех похвастаться. Ну, разве что трехдневная историческая реконструкция в Ленинграде с выстрелом «Авроры» и штурмом Зимнего дворца его малость удивляли. И даже не сама имитация, а желание пригласить на нее в качестве зрителей весь мир. Опять ведь получится криво-косо. Точь-в-точь как с летней Олимпиадой-2004. И место проведения отбить удалось у самих Афин, и много красивых больших стадионов с колоннами и портиками в Ленинграде понастроили, вот только на советские игры приехали спортсмены из 95 стран, а на такие же игры в Пекине – из 204 стран.

Аналогично и с имитацией революции может выйти. Приедут по обязанности товарищи по социалистической системе, их разбавят для количества молодыми демократиями из Азии, Африки и Латинской Америки, сотни тысяч статистов дадут жару, от которого и чертям в аду тошно станет, Ленинград вздрогнет, братья-демократы похлопают в ладоши, выпьют русской водки, покушают от души астраханской черной икры и разъедутся по домам.

А смысл-то в чем? Впрочем, искать сейчас смысл хоть в чем-то совершенно бессмысленно. Нет его нигде. Энтропия растет неумолимо.

Зато температура перехода проводников в сверхпроводящее состояние упорно застыла на отметке в 180 градусов по шкале Кельвина и дальше ни в какую. И ничего не помогает, хоть головой об стену бейся.