Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

— Цыпа-то ваша, совсем без присмотра осталась. Пока ты свою за шиворот оттаскивал, эту уже знатной дрянью понавтыкали по поводу и без, чтобы готовую на групповуху толкнуть! Еле успел на парковке перехватить подружку, х*есосы шустрее моих ребят оказались.

Опустил хмурый и презрительный взгляд на белокурую красавицу, что чуть задницу свою не просрала. Не знаю, почему весь гнев разом на ее персону пошел? Подружайка бл*ть, нахер бы такая рядом не валялась! Поди подучила девчонку неискушенную, как жить надо?!

С трудом удалось погасить накаленную мысль о том, что бы могли сделать с Соней?!

— Че, не велика потеря? — наводящим тоном заметил Кир.

— Не проблема — себе заберу.

Я встретился глазами с Антоном, который в полной готовности ожидал моего приказа.

— Некогда мне левых телок развозить — времени в обрез. — Отозвался холодно. — Может сам довезешь принцессу до дома?

На лице Кира расплылась лукавая ухмылка.

— А то. — С охотой согласился он.

Я понимающе улыбнулся в ответ и протянул руку, чтобы крепким пожатием, поставить точку во всех наших недопониманиях.

Только напоследок, все же решил стебануться над вновь приобретенным корешем.

— Имей в виду, — Кивнул в сторону блондинки. — Ее папаша — Михеев, и он не поленится твои яйца найти, чтобы собакам скормить.

На лице Кира сразу отразился плохо скрываемый облом, зато на моем просияло откровенное веселье. Скривив губы, он как-то задумчиво покосился на девушку и я уже знал, что просто так этот мужик не отступит. Но хотя бы наглеть не станет.

Все-таки молодость — не грех. И не дело своих кровожадных собак спускать на девчонке.

***

СОНЯ

За окнами уже давно разгулялся полдень, но мою бедную, свинцовую голову точно гвоздем прибило к подушке. Не было никаких сил даже глаза открыть. Да и желания никакого не было…

Я знала, что уже в квартире. Я проснулась, когда он укладывал меня на кровать, но упорно делала вид что спала. Не хотела видеть, как он уходит. Не хотела, чтобы он видел мои глаза, где отражалась лишь тупая боль загнанной в угол души.

Все было кончено. И нам не нужны были слова, чтобы это понять.

Пушистая шерсть защекотала руку. Из полуприкрытых век взглянула на Космоса, что пристроился рядом. Говорят коты, чувствуют боль. Мне казалось, сейчас я вся состояла из боли, так что ему не нужно было даже ложиться на грудь, где сосредоточилась вся тяжесть и тоска…

Мою апатию вдруг пробила тревожная мысль, заставляя приподняться и отыскать взглядом телефон. Мне повезло.