Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

– Умный, говоришь? А чем занимается?

– Фирма у него своя в Москве. «Ротагет-инвест». И друг какой-то важный в Европе живёт. Там тоже у них бизнес. Измайлов постоянно в делах и работе.

Анька моет руки и хлопает себя влажными ладонями по щекам.

– Ладно, потопали в бар. Надоело о работе. И так мозги кипят.

Мы выпиваем с сестрой по бокалу вина и идём на танцпол. О дискомфорте я действительно забываю, когда представляю, что танцую и за мной наблюдает Измайлов. Не Молчанов, не Влад, а этот гад с дьявольским взглядом. Кажется, даже в толпе я ощущаю его запах и флюиды.

Или это самовнушение? Но вдруг чувствую на своей талии чужие руки. Оборачиваюсь и встречаюсь глазами с Измайловым. От него веет мужественностью и силой. Взгляд дикий, пьяный, хотя это я пила, а не он.

– По рукам пошла, лапуль? Или решила, что недостаточно насолила мужу?"

"Я провожу ладонью по влажному лбу, убирая прядь волос, облизываю пересохшие губы. Смотрю в серые глаза и изнываю от желания дать Измайлову пощёчину и впиться губами в его рот. Только сейчас понимаю, что действительно тосковала по нему и хотела увидеть.

Но ведь такое невозможно! Как же не вовремя появился этот гадёныш в моей жизни. Внутри невообразимая сумятица.

– Недостаточно. По рукам пошла. Зачем очевидные вещи спрашиваешь?

Он молчит и прожигает взглядом. А потом толкает на себя, прижимает крепко. Животом ощущаю его твёрдость и возбуждение. Божечки... Лучше бы домой уехала. Сериал смотреть и роллы кушать.

– Продешевил, значит? Знаешь, чего не переношу в людях? Ложь и притворство.

А ещё не люблю переступать через свои принципы. Сейчас я через них переступаю, прикасаясь к тебе.

А вот это было обидно. Неприятно колет в груди с левой стороны. Принципы? Но и у меня они тоже есть!

– В таком случае здесь полно тех, с кем не нужно наступать себе на горло. Руки убрал и отошёл от меня.

Но Измайлов даже не шевелится. Держит так сильно, что как бы я ни пыталась вырваться, не получается.

– И, если ты забыл, меня Софья зовут.

– Бессердечная ты, Софья, – холодно осаживает Измайлов.

– Даже не поинтересовалась, как твой пациент после серьёзного ранения себя чувствует. Уверена, что не нужно сменить профессию?

– Вижу, что пациент жив и с ним всё в полном порядке. Извини, меня Сергей ждёт наверху, а ты кажется, уже уходишь? – шиплю я и наконец-то вырываюсь из его хватки.

Разворачиваюсь, чтобы уйти, но снова оказываюсь в кольце сильных рук.

– Нет. Не ухожу. Решил задержаться в вашей компании. Ты же не против? Давно не расслаблялся.