Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

— А в шесть-то зачем? Умываешься долго, что ли?

— Да нет, мне просто форму терять нельзя. Если вы, конечно, не против, я здесь, на кухне, у подоконника позанимаюсь немного…

— Это как у станка, что ли? — Хозяйка удивленно выпятила нижнюю губу. — Вы же, говорят, так по десять часов пашете…

Спорить не хотелось. И я просто кивнула, осторожно добавив:

— Иногда бывает…

А Жанна Викторовна молча отодвинула от подоконника полотняный мешок с картошкой, освободив мне место для утренней разминки…

* * *Через неделю я, до сих пор умевшая более-менее сносно готовить три блюда: овощной салат, салат «оливье» и жареную курицу, — сделала большой рывок в кулинарном образовании.

Теперь мне не составляло труда определить, сколько ванилина и кокосовой стружки добавить в начинку для трубочек, сколько раз обмять тесто, прежде чем начать лепить из него беляши, и на какую мощность включить древнюю духовку, чтобы она нагрелась до нужной температуры.

Я добросовестно готовила картофельный отвар для ватрушек, формировала плюшки и уголки, выдавливала из кондитерского шприца густой белковый крем. Иногда мне казалось, что и хореографическое училище, и зачисление в труппу театра — просто сон, а на самом деле мне предстоит выпускной экзамен в кулинарном техникуме. Но что поделать? На рынке была конкуренция, и Жанна Викторовна держалась исключительно за счет качества и ассортимента выпечки.

День мой начинался всегда одинаково. В шесть звенел будильник. Я вскакивала со своего импровизированного ложа на полу, убирала одеяло с подушкой в шифоньер и шла на кухню. Там становилась к подоконнику, стараясь не гнуться и держать корпус ровно, и, насколько позволяло пространство, делала балетный «станок». Примерно через полчаса в ситцевой ночной сорочке, отделанной шитьем, выползала хозяйка. Традиционно выпивала стакан отстоявшейся за ночь кипяченой воды и ворчливо напоминала:

— Ногами-то, ногами не шибко махай.

Всю посуду мне переколотишь.

Я с улыбкой кивала и в спешном темпе заканчивала разминку. Появление Жанны Викторовны означало, что пора начинать стряпню.

А вообще она мне по-своему сочувствовала и частенько говорила:

— Да уж, не на кухне в семь метров тебе надо заниматься, а в зале с зеркалами и люстрами. Чтобы паркет кругом и простор, хоть на лошади катайся.