Взаимность на счастье читать онлайн

– Мирон, – с облегчением всхлипнула я и, улыбнувшись, протянула к нему руку.

– Вы нас не оставите одних? – хрипло попросил Мирон, решительно шагнув к кушетке, – Пожалуйста."

"Анна Владимировна молча сунула мне в руки рулон с бумажными полотенцами, и тихонько вышла из кабинета, прикрыв за собой дверь.

Мирон сел на кушетку, также молча забрал у меня бумажные полотенца и аккуратно, едва касаясь кожи, стер с моего живота остатки медицинского геля.

Затаила дыхание, наблюдая за его манипуляциями, страшась, и пока не понимая, как он отреагирует на все происходящее.

Судорожно выдохнула, когда он, отложив полотенца, наклонился и медленно провел носом по моему животу, потерся колючей щекой, а потом проложил дорожку нежных поцелуев от пупка и ниже, рассыпая по моей коже толпы мурашек.

Протянула руку и, зарывшись пальцами в его волосах, счастливо зажмурилась. Мирон посмотрел на меня из-под бровей, улыбнулся и снова наклонился к животу.

Мы как будто боялись нарушить момент словами, но я ждала, что он заговорит первым, трусливо боясь на эмоциях ляпнуть что-то невпопад. И он заговорил, но не со мной…

– Привет малыш, я твой папа, – вполголоса зашептал он моему, пока еще плоскому животику, – Как думаешь, наказать мне твою маму, за то, что пыталась сбежать от своей судьбы, или не надо?

– Накажи… – тихо попросила я, ловя его лучащийся восторгом взгляд.

– А ты как думаешь? – не разрывая зрительный контакт, снова спросил Мирон у «авитаминозика», обжигая мой живот горячим дыханием.

– Он не возражает, – улыбаясь, отозвалась я и нетерпеливо потянула Мирона за ворот джемпера ближе, сгорая от желания просто поскорее обнять, прижаться.

– Значит абсолютным большинством голосов решено, что наказанию быть, – строго, но едва сдерживая улыбку, заключил Мирон, придвигаясь ближе.

Сгреб меня в объятия, перетягивая на колени, и прижал к себе. Поймал пальцами мой подбородок и, склонившись, накрыл мои губы своими, обезоруживая граничащим со сладким безумием поцелуем, потому что в этот раз голова закружилась совсем по другой причине.

Было очевидно, как мы оба истосковались друг по другу и, не выдержав эмоционального накала, я беззвучно заплакала. Мирон тут же отстранился и, глядя мне в глаза, осторожно вытер бегущие слезинки.

– Люблю тебя до безумия, – с отчаянием выдохнул мне в губы.

– А безумие обязательно? – всхлипнула, улыбнувшись с облегчением.

– По—другому не получается.